Хорошенькая, но «жили они долго и счастливо» – нет! Так, потискать ее на сеновале пару ночей и разбежаться. Тем более бег крови по венам она ускоряет так, что откладывать приятное времяпрепровождение не стоит.
Я словно проснувшийся после спячки хищник. Подавай мне ее всю и сразу! Я даже осмотрелся, нет ли тут где мягкой перины или, на худой конец, небольшого снопа сена. Никогда не спал на соломе, но почему-то кажется, так себе удовольствие любиться, когда задницу царапают сухие палки, но сейчас мне было все равно, куда уложить девчонку.
Надавил на подбородок, вынуждая открыть рот. Сопротивляется, а мне хочется почувствовать ее вкус. Башку рвет только от мысли, что получу ее всю. Отпрянула.
«Не сбежишь!» — подумал я.
Обхватил затылок, притянул к себе… а в следующую секунду она укусила меня за язык! Это больно! Нереально больно! Искры из глаз, вкус крови во рту! А ведь я больше не собирался при ней вспоминать старый добрый русский мат! За это получил носком обуви по коленке.
Было неприятно… а тут еще пощечина, которая отозвалась звоном в ушах. Оказывается, у Елены Владимировны целый арсенал приемов по охлаждению пылких воздыхателей.
— Я тебя… — шипя от боли, начал угрожать, а мелкая пигалица и бровью не повела.
— Я могу преподавать вам уроки этикета. Поверьте, вам они не помешают. Но за свинское поведение, которое я наблюдаю тут последние двадцать минут, оплата в тройном размере! Полезете ко мне еще раз, ударю в уязвимое мужское место, не испытывайте судьбу, — она не вспотела, не раскраснелась, стояла и отчитывала.
Решила воспользоваться ситуацией и заработать на мне! Как же она меня злила!
Я уже и сам решил, что целовать ее не стоило. Мой организм сигналил о том, что «проклятье» снято, и любая девица теперь может согреть мне постель. Как и почему это произошло, не знаю, но возражений не имел. Хотя жаль, что эта девчонка такая неуступчивая. Мы могли бы провести неплохо время, пока я нахожусь в ссылке.
— Я бы заплатил, но только не за уроки этикета, — вкрадчиво произнес.
Язык болел, но терпимо, я мог культурно излагать свои мысли. — Я знаю и умею то, о чем ты только слышала. Помогу восполнить тебе дефицит образования, — поняла, о чем речь, щеки порозовели, из глаз стрелы в меня полетели. — Может, договоримся? Ты мне этикет, я тебе науку страсти?
Зеленые озера глаз стали большими-большими. Ее явно возмутило мое предложение, она даже язык проглотила.
