— Матвей, бабушка не любит, когда мы открываем закатки летом, — заговорила нервно воробушек.
Лена так задыхается, что сейчас сознание потеряет. Я даже здесь слышу, как она испугалась. Если ее братец не дебил, а вроде таким не выглядит, то он точно что-то мог заподозрить.
— У нас в холодильнике есть малиновое, грамм двести. Вчера закатывала, осталось. Сначала его доешь, а то испортится, — смогла взять себя в руки и произнести уверенным тоном.
— Малиновое так малиновое. Показывай, где лежит.
— Вот. Ешь.
Я быстро.
Какое-то время стояла тишина. Я сидел внизу, не двигаясь, а этот хмырь наверху почти беззвучно лопал свое малиновое варенье. Надеюсь, в старости я буду вспоминать об этом с улыбкой, а сейчас меня эта засада ужасно злила.
— Я готова, можем ехать.
— Угу, сейчас только руки вымою, — помычал он, не прожевав до конца.
Где-то хлопнула дверь, скорее всего, это ванная. Здесь было отлично слышно, что происходит в доме. Я чуть приподнялся, бросил свою одежду на банки, присел… Вскочил, опрокидывая несколько банок.
Зашипел сквозь зубы. Штырек пряжки ремня воткнулся мне в ягодицу.
— Тише ты, идиот! — стукнув по крышке моего гроба, прошипела Елена Владимировна. Про себя ответил, куда она может катиться со своими советами.
— Что гремит? — раздался голос ее брата.
— Я банки в шкаф убирала, одна выпала, хорошо, что не разбилась, — вновь в ее голосе слышится волнение. — Ну что, поедем?
— Идем.
Наконец-то слышу, что закрывают дверь ключом. Посижу пару минут…
Мысль оборвалась, потому что, как назло, зазвонил мой телефон.
Надеюсь, они успели уйти! В темноте не сразу удается отыскать нужный карман. Как тут не выругаться? Сергеич звонит… отключаю резко звук.
— Забыла телефон, блин, — слышу голос училки, она опять в доме. Их разговор во дворе я пропустил, но предполагаю, что полицейского насторожил гудок в доме.
— Ты что, мелодию сменила?
Что он такой подозрительный?
— Угу, — отвечает Лена запыхавшимся голосом, будто стометровку на время бежала.
— Теперь точно можем ехать.
Представил, как она нервно улыбается. Ладно, будем считать, что мы в расчете. Утро у тебя было незабываемым…
— Иди в машину, Лена.
— А ты?
— Окна закрою, кондиционеры включу, — отвечает ей брат.
Ходит по дому, закрывает окна. Возвращается в кухню, вновь стоит надо мной, и это почему-то ужасно злит. Ощущение, будто он смотрит на меня сквозь дощатый пол.
Уберешься ты когда-нибудь? Вроде уходит…
Резкий вдох.
