Она шагнула вперед, глаза расширились от испуга: парень взял с кровати подушку, небольшой плед и, по всей видимости, собирался оставить ее одну.
– Посплю в комнате твоей сестры.
– Она была бы против, – ляпнула Ника первое, что пришло в голову.
Алик заметил уловку и оценил.
– Тогда на кухне, – настырно продолжил он.
– На полу? Там холодно.
– Не знаю, мне на кухне было жарко.
Слава богу, Алик не видел, как запылали ее щеки. Он действовал на Нику просто невообразимо. Отошел в сторону, продолжая игру.
– Еще один шаг, Белозеров, и я пинками уложу тебя в кровать! – не выдержала Ника.
– Какой настрой!
– Пожалуйста, – чуть тише слетело с ее губ. – Мне страшно. Без тебя.
Слишком острое признание, оно сбило с Белозерова всю спесь. Он послушно лег в кровать на правый бок и постучал по свободной подушке.
Ника приблизилась, несмело перешагнула через него, легла рядом спиной и расплылась от счастья, что обрушилось на нее сегодня. Точнее, раньше на Цирковой площади.
Или еще в школе.
Она ахнула, когда Алик без предупреждения крепко обнял и притянул за талию к себе. Сжал так сильно, что ее тело повторило его изгиб.
– Эй! – кокетливо запротестовала Ника.
– Молчать. Иначе уйду спать на кухню. На холодный пол.
Минутное затишье, пока Ника пыталась понять, дышать или не дышать. А затем Белозеров поцеловал ее макушку.
– Спокойной ночи, Вера, – бархатно прошептал он.
Что-то давно забытое шевельнулось в груди.
Спокойной? Ух, если бы в таких горячих объятиях Ника еще могла оставаться спокойной.
Глава 19
Isak Danielson – Power
Сон не шел. Ника битый час разглядывала театр теней за окном: тускло освещенные уличными фонарями ветви голых деревьев гнулись на ветру в диком виртуозном танце под раздражающий аккомпанемент настенных часов. Ровное дыхание Алика приятно щекотало оголенное плечо, а тело по-хозяйски смяло Нику в объятиях. Чертова эйфория! Давно она не была так счастлива и спокойна одновременно.
И если бы не правая нога, которую отлежала из-за неудобной позы, то Ника готова была не спать и наслаждаться этим ощущением до утра."
"Это ведь удивительно – то, как защищенно она себя чувствовала рядом с Белозеровым. Ни капли стыда, страха, дискомфорта. Ее не мучили приступы удушья. Она и вовсе забыла о наглухо закрытых в комнате окнах, бесконечной тревоге и панических атаках. Она плавилась в крепких мужских руках.
