– Ты знаешь, сколько там сегодня людей будет? И каменный уйти может! Сегодня для девушек вход бесплатный! Пятница же!
– Ага… тринадцатое!
– А какая разница! Меньше надо во всякие суеверия верить и все будет ок!
– Да ни какой… мне что пятница, что суббота! Ой! – вскрикиваю, подвернув ногу, но к счастью удерживаю равновесие."
"– Давай без травмпункта сегодня, – смеётся Тина, а сама сверлит меня сердитым взглядом серых как дым глаз. – Быстрее! Но аккуратно! Тёмка столик занял для меня, но вдруг не сдержит оборону?
Хмыкаю, вспомнив нового дружка своей звездюли.
Такой точно оборону удержит. Если он за столик присядет, близко никто не подойдёт. Даже если рядом будут бесплатную выпивку раздавать. Сто кило мышц увитых черными как змеи татушками, тёмные как смола глаза, сурово смотрящие из-под нависших валиков бровей, рваный шрам на левой скуле. Найдутся ли самоубийцы? Чтобы просто подойти… Тина не в счёт… У неё вообще странное видение людей. Эту скалу называет либо Тёмкой, либо вообще хомячком… Хомочку нашла… медведь шатун в чистом виде!
– Пошевеливайся! У Тёмы не часто выходные! Давай! Давай! Двигай булками!
И я двигаю, слегка похрамывая.
Клуб встречает нас рваной музыкой, ослепляющими вспышками света и толпой. Через которую мы пробираемся не без помощи друга «хомячка» свирепого буйвола Лёхи. Но завидев Кристинку он надевает на свою физиономию дружелюбную лыбу и, сдвинув всех желающих войти в сторону, проталкивает нас в царство ночного отдыха.
Миг, и лёгкие наполняет смесь ароматов духи, дорогая выпивка, жаренное мясо.
Тина хватает меня за запястье и тянет вглубь помещения. Поддаюсь, едва успевая за блондинкой.
Как я и думала, вокруг Тёмыча образовалась «чёрная дыра» свободен не только наш столик, но и два соседних.
– Хомячок, купишь нам два фрэша? – тянет подруга, оторвавшись от губ бойфренда и усаживаясь за стол.
Шкаф кивает и неслышно скрывается в расступившейся толпе.
– По глоточку и плясать! – вводит меня в курс собственных планов девушка, в такт музыке качая ножкой в изящной туфельке.
Киваю.
Перед нами нависает гора, и на столик опускаются два стакана. Тина, не теряя времени даром, поднимает один, отпивая содержимое, пока я на запах определяю, что в моём стакане яблочный сок.
– Фу… Изабелла… – морщится она, отодвигая стакан.
– Меняю на яблочный, – легко соглашаюсь, подвигая ей свой напиток.
Пряный сладкий вкус кислит на языке, пробуждая вкусовые рецепторы. Слизываю с губ рубиновые капли напитка.
