По какой причине титулованный доктор решился на такую, мягко сказать, авантюру? Надо же, он согласился выдать найденыша за Евгению Буданову, уничтожил свидетельство о смерти родной дочери Ивана Сергеевича, выдал ему тайком ее труп для похорон.
– Бизнесмен ему заплатил, – объяснил Костин, – совершить преступление врача побудила жадность. Наверное, Верещагин нашел себе оправдание: бездомный ребенок обретет счастье в богатой семье, Вера Петровна не попадет в психиатрическую клинику.
– Нет, что-то здесь не так… – не утихала я.
– Ситуация с профессором очень странная. Да еще эта история с вазой! Почему из семьи удалили именно своего родного ребенка? За границу могли отправить найденыша, а через пару лет вернуть, и Нина бы не удивилась изменениям во внешности младшей сестры. С чего вдруг малышка из леса оказалась более любимой, чем родная дочка? Вера Петровна увидела ее и вмиг стала обожать чужую девочку сильнее Ниночки, так сказать, своей кровиночки?
Костин издал стон.
– У Будановой был сильный стресс, она решила, что видит ожившую Женечку.
– Охотно верю, что в первый момент так и было, – согласилась я. – Но потом-то! Вера не сошла с ума, оправилась от душевной травмы. И она непременно должна была сообразить: в доме живет не Женя. Неужели, осознав это, мать не захотела или не смогла уговорить мужа вернуть в Москву Нину?
– Потом договорим! – неожиданно рявкнул Костин. – У меня встреча!
Из трубки полетели короткие гудки.
Я положила телефон на стол. Как и большинство мужчин, Володя терпеть не может признавать свои ошибки.
Никуда он не спешит, просто разозлился, что сам не заметил нестыковок в рассказе Буданова."
"– Простите, Лампа, Боня у вас? – раздался из коридора голос Краузе. – Можно зайти?
Глава 24
Я распахнула дверь.
– Боня? Песик сюда не заглядывал. Муся и Фира спали в моей комнате, а чихуахуа устроился в другой. Может, он у Кисы?
– Там его тоже нет, – ответила Роза Леопольдовна. – Похоже, Боня исчез. Сейчас я кормила собак, звала его, звала, но мальчик не прибежал.
– Странно, – насторожилась я. – Давайте вместе поищем. Собачка не могла уйти из квартиры.
– Вдруг он вывалился из окна? – всхлипнула Краузе.
На секунду мне стало жутко. Но потом страх отступил.
– Ему на подоконник не запрыгнуть. И у нас в проеме балконных дверей и всех стеклопакетов установлены сетки. Макс их прикрепил, когда в доме появилась Киса. Давайте не будем впадать в панику. Сейчас я умоюсь, выпью кофейку и отыщу Боню.
