– Трудно женщинам живется. Хорошо, мне штукатурка не требуется. Ты права, пенсионер редкостный хмырь и женоненавистник.
– Странно, что он вообще тебе звякнул, – сердито проговорила я.
– Небось испугался, что ты сообразишь, где посеяла свою вещь, и устроишь скандал, – предположил Костин. – Ты не простая бабенка, а сотрудница детективного агентства. Обидишь такую, а потом, не дай бог, ее коллеги-мужики приедут и наподдадут.
Глава 21
Увидев меня в холле, Игорь Сергеевич заскрипел:
– Еле-еле ящик отчистил, из вашей сумки темно-серый порошок высыпался.
– Это невозможно, – отрезала я, – тени хранятся в герметичной коробочке. Вы из любопытства открыли ее, вот они и рассыпались. Некрасиво лезть в чужую косметичку.
Консьерж вздернул подбородок.
– Типично бабское поведение! Вместо того, чтобы извиниться за безобразие, признать свою ошибку, вы сразу пытаетесь обвиноватить нормального человека. На свете слишком много дур развелось, поэтому мир в тартарары летит!
Дверь подъезда открылась, показалась худенькая девушка в скромном сером платье до середины лодыжек.
– Эй, куда идете? – мигом переключился на нее лифтер.
– К Вениамину Подольскому, – ответила посетительница.
– Он умер, – не задумываясь, брякнул лифтер.
Вошедшая приложила к груди стиснутые кулачки.
– Как умер?
– Просто. Был и нету, – объявил консьерж. – Застрелили его!
Девушка всплеснула руками и… начала хохотать. Я быстро подскочила к ней.
– Пойдемте на воздух.
Незнакомка уцепилась за мое плечо. Мы выбрались из подъезда и сели на лавочку, стоящую в паре шагов от входа.
– Как вас зовут? – спросила я.
– Алиса, – давясь истеричным смехом, ответила девушка. – Ну надо же! Он умер! Регина Натановна… я… мы думали, он еще…
Собеседница закрыла лицо руками и затряслась.
Я погладила Алису по спине.
– Вы на машине?
– Пешком, – прошептала она.
– Давайте я отвезу вас, куда вам надо, – предложила я.
Девушка вытерла тыльной стороной ладони лицо.
– Спасибо, я живу тут рядом, в начале улицы. Регина Натановна специально сняла квартиру Подольскому в этом доме, чтобы ему далеко не ездить.
И что теперь ей сказать? Войти в дом и с порога объявить: «Вениамина застрелили»? Регина этого ждала… то есть не того, что его убьют, а что он умрет. Но не так скоро. Он говорил, лет через десять. И что теперь будет с общиной «Сто жизней»? Нам разъезжаться? Все это так неожиданно!
Алиса замолчала.
Я встала.
– Давайте провожу вас до дома.
– Прямо сил нет идти… – поежилась Алиса. – Регина Натановна будет расстроена.
