Рассказала о том, как хотела подшутить над Пэтси, а вместо этого нечаянно обидела Марью. Поделилась и тем, что обрела лучшую подругу в лице Павлы. И да, та тоже участвовала в заговоре.
- Ты на нее не сердись, папа, - попросила девочка. - Паша не хотела, но я ее уговорила. Ты очень зол? Сможешь меня простить?
Владимир улыбнулся и поцеловал дочь в макушку. Конечно, ему было очень неприятно узнать, что его любимая девочка собиралась измазать лицо Пэтси зеленой краской, которую, к тому же, достала из его личного сейфа.
Но радовало другое - удочери появилась подруга. К тому же Владимир догадался, что у него вовсе не двоилось в глазах той ночью. Вместе с Глашей была другая девочка, дочь Марьи. А она сама…
Так это она вынесла тот злосчастный букет!
Представилась горничной, попыталась выгородить и свою дочь, и Глафиру заодно. Да у него в доме настоящий женский заговор! Вроде бы, эта мысль должна была его как минимум озадачить и насторожить. Но вместо этого он улыбнулся, вспомнив, как Марья скромничала и прятала за букетом раскрашенное лицо.
А ведь ей досталось ни за что.
- Нет, я не злюсь на тебя, дочка, - проговорил Владимир, мягкими круговыми движениями растерев узкую спину Глаши. - Но попрошу так больше не делать. Надеюсь, ты извинилась перед Марьей?
- Да, сегодня утром, - охотно призналась Глаша. - Марья добрая, она тоже не злится. Но… на лице у нее еще остались следы краски. Она не смывается.
- Понятно, - удрученно выдохнул Владимир. - Получается, соседка угощает нас вкусными салатами, а мы отплатили ей тем, что раскрасили ее лицо в зеленый цвет? Нехорошо это.
- Да, пап, - обреченно выдала Глаша. - Очень нехорошо…
- Давай-ка поступим так, — решил ее отец, ударив себя по колену. - Сейчас я возьму антидот (а заодно и сменю на сейфе пароль, чтобы ничьи маленькие ручки туда больше не лазили), и мы навестим наших соседок вместе. Как тебе такая идея?
Глава 17
Конечно же, Глаша согласилась.
Как только они с отцом подошли к домику, оттуда выскочил Крендель.
С Глафирой малыш был знаком, а вот Владимира видел впервые. Оттого и залился громким лаем. Еще бы: в последний раз, когда в дом его хозяек приходили незнакомцы, случился пожар. Хоть и маленький, но щенок помнил большой огонь и страх Марьи и Павлы. Он не хотел повторения. Широко расставив передние лапы, щенок своим маленьким тельцем перегородил вход на крыльцо. Он то рычал на Владимира, то махал хвостом Глаше - выглядело это довольно забавно.
