Мне пришлось рассказать, как было найдено это сокровище и какая именно дата стояла внутри."
"– Тринадцатое марта, – сказала Каролина. – Ага! Ровно шесть месяцев тому назад!
В конце концов из хаоса взволнованных догадок и предположений возникли три теории.
Первая. Теория полковника Картера: Ральф тайно женился на мисс Флоре. Первое и наиболее простое решение.
Вторая. Мисс Ганнет: Роджер Экройд был тайно женат на миссис Феррар.
Третья. Моей сестры: Роджер Экройд женился на мисс Рассел, своей экономке.
Четвертая супертеория была выдвинута Каролиной, когда мы ложились спать.
– Помяни мое слово, – неожиданно сказала она. – Джеффри Реймонд и Флора поженились.
– Но тогда была бы буква Д – Джеффри, а не Р.
– Необязательно! Иные девушки называют мужчин по фамилии, а ты слышал, какие намеки делала мисс Ганнет насчет поведения Флоры.
Строго говоря, никаких намеков я не слышал, но промолчал из уважения к таланту Каролины читать между строк.
– А Гектор Блент? – рискнул я. – Уж если кто–нибудь…
– Чушь! Может, он и влюблен в нее, но, поверь, девушка не влюбится в человека, который ей в отцы годится, если рядом красивый секретарь.
Может, она и поощряет майора, но пользуется им как ширмой. Девушки очень коварны. Но одно ты запомни, Джеймс Шеппард: Флора Экройд равнодушна к Ральфу и никогда не была влюблена в него.
Я послушно запомнил.
Глава 17
Паркер
На следующее утро до меня вдруг дошло, что под влиянием тинхо я был нескромен. Правда, Пуаро не просил меня молчать о находке кольца.
Но, с другой стороны, насколько мне было известно, он сам об этом в «Папоротниках» никому не говорил. А теперь уже новость, как пожар, распространилась по всему поселку. Я чувствовал себя очень неловко и ждал упреков Пуаро.
Похороны миссис Феррар и Роджера Экройда были назначены на одиннадцать утра. Это была печальная и торжественная церемония. Все обитатели «Папоротников» присутствовали на ней.
По окончании церемонии Пуаро взял меня под руку и предложил проводить его до дома.
Его угрюмый вид напугал меня. Я подумал, что моя нескромность дошла до его ушей, но вскоре выяснилось, что мысли у него заняты совсем иным.
– Послушайте, – сказал он. – Мы должны действовать. С вашей помощью я собираюсь допросить одного свидетеля и нагнать на него такого страху, что вся правда выйдет наружу.
– О ком вы говорите? – спросил я в крайнем удивлении.
– О Паркере! Я пригласил его к себе домой к двенадцати часам.
