В один прекрасный день некий Проспер Донж снял в этом доме конторское помещение, и с тех пор вы пересылаете ему корреспонденцию, поступающую на его имя. Взгляните… Узнаете вы Донжа?
Швейцар повернулся и, взглянув в тот угол, где сидел Рамюэль, покачал головой.
— Гм, гм… — буркнул он. — Сказать по правде… Нет, не могу утверждать… Столько их перебывало… Ведь помещение–то снято было больше трех лет тому назад… Так ведь? Не знаю, может, я ошибаюсь, но, кажется, Донж бороду носил. А впрочем, кто его знает, может, борода у кого–то другого была…
— Благодарю вас… Можете отправляться домой, пройдите вон в ту дверь…
С одним покончили.
Мегрэ снова отворил дверь в инспекторскую, позвал:
— Господин Жем… Ну, как вас назвать? Не знаю вашей фамилии… Войдите, прошу вас… И скажите мне…
На этот раз не пришлось ждать ответа. Увидев Рамюэля, старикашка вздрогнул.
— Ну что?
— В чем дело?
— Узнаете вы его? Старик разгорячился."
"— И мне придется идти в суд, давать показания? Так, что ли? Меня будут мариновать два–три дня в зале для свидетелей, а кто в это время будет сидеть в моем агентстве?.
. А когда я выступлю с показаниями, мне будут задавать всякие неприятные вопросы, и адвокаты примутся наговаривать на меня и то и се, только чтобы очернить меня… Нет уж, покорно благодарю, господин комиссар!
И вдруг спросил:
— А что он наделал?
— Много всякой всячины… Между прочим, задушил двоих — мужчину и женщину… Женщина — богатая американка…
— Назначена награда?
— Да, и довольно крупная…
— В таком случае, можете записывать… «Я, нижеподписавшийся, Жан–Батист–Исаак Мейер, коммерсант…» А со многими придется делить награду?.
. Я ведь знаю, как это делается. Полиция сулит золотые горы, а когда придешь получать…
— Ну, так я пишу: «…безоговорочно признаю в человеке, представленном мне как Жан Рамюэль, то самое лицо, которое является абонентом в моем частном почтовом агентстве под инициалами Ж.М.Д…» Все правильно, господин Мейер?
— Где подписаться?
— Погодите! Сейчас добавлю: — «Утверждаю также, что в последний раз этот человек приходил ко мне за письмом такого–то числа…» Теперь можете подписаться… Вы старый хитрец, господин Мейер, ведь вы прекрасно понимаете, что это дело послужит вам рекламой и все, кто еще не знал о вашем «агентстве», ринутся к вам… Торанс! Господин Мейер, вы можете уйти…
Затворив дверь, комиссар с удовлетворением перечитал показания противного старика и внезапно вздрогнул, услышав чей–то унылый голос.
