Конечно, были мысли о том, что он не станет этого делать… Но меня просто выставили за дверь! К этому я оказалась совершенно не готова.
Мне казалось, он дал понять, что между нами все серьезно. Вот глупая! Наверняка он сказал это лишь для того, чтобы я не волновалась и не доставала его вопросами на этот счёт.
Прикрыв за собой дверь, я дошла до середины комнаты, и растерянно замерла на месте, не представляя, что делать дальше. Куда себя деть. Взгляд упал на телефон — вспомнила, что собиралась позвонить сестре, но желания разговаривать с кем-то сейчас не было.
Простояв так с минуту, решила сначала сменить костюм обратно на униформу. Но в итоге только яростно зашвырнула всю одежду обратно в шкаф. И в одном нижнем белье забралась на постель поверх одеяла. Легла на бок, поджав ноги к груди, уставилась невидящим взглядом в окно."
"Лежала так довольно долго, за окном уже начало темнеть. Старалась мыслить трезво, не впадать в уныние, но с каждой минутой обида душила все больше.
С чего я вообще взяла, что он будет считаться со мной? С чего взяла, что будет относиться как к равной?
Чувства к Марку ослепили меня.
Неужели я и правда решила, что такой человек, как Варрава, станет выходить с такой девушкой, как я, например, в свет? Знакомить со своими друзьями, ставить в известность о своих планах? Даже сложно себе представить.
С губ непроизвольно сорвалась горькая усмешка.
Возможно, я слишком многого хотела. Любая другая на моем месте была бы счастлива уже просто оттого, что такой мужчина обратил на неё внимание.
Вот только я так не могу. Мне нужно либо все, либо ничего. Быть его любовницей, которую прячут от посторонних глаз — унизительно.
Я не стану такое терпеть. Уж лучше закончить все это… Сегодня же. Когда он уложит Вику.
И с чего только вдруг он решил укладывать её сам? За все время, пока я нахожусь здесь, ни разу такого не было.
В груди зародилось какое-то тревожное предчувствие, которое нарастало с каждой минутой все больше. В конце концов, я уже не могла спокойно лежать на кровати.
Поднялась и принялась ходить по своей комнате из стороны в сторону.
Сначала никак не могла понять, что именно так меня беспокоит. Совершенно точно дело было уже не только в поведении Марка. Но потом, наконец, осознала — Викки. Я ведь всегда ставила её в известность о том, что меня не будет, когда уезжала домой на выходной. И обещала вернуться следующим утром, чтобы девочка была спокойна. А в этот раз я ничего подобного ей не сказала.
