И он провел со мной ночь…
— Когда ты вернулся? — озабоченно спросила, ежась от приятных мурашек, гуляющих по плечам от его прикосновений.
— Ты уже спала.
Я не сдержала улыбки от мысли, что он решил прийти ко мне прямо среди ночи, не откладывая. Но она быстро померкла, стоило вспомнить неделю, которая я провела без него. Неделю, которая дала мне много пищи для размышлений.
— Твои командировки всегда так неожиданно происходят, — мягко заметила я, встретившись с янтарными глазами. В свете солнца цвет их становился особенно насыщенным и мистическим.
— Общение с иностранными партерами неотъемлемая часть моей работы, — непринужденно пояснил он.
— О… Нет, я в полной мере понимаю, как они важны!.. — поспешила поправиться, чтобы Варавва не подумал, будто мне пришло в голову роптать на его деловую жизнь.
— Но тебя что-то беспокоит, — заключил он, слегка прищурив глаза.
Я опустила неловкий взгляд на свои руки, и заправила за ухо локоны, упавшие на лицо.
— Да… Есть кое-что, о чем я хотела с тобой поговорить.
— Хорошо. Я слушаю, — с готовностью отозвался Марк.
Мои напряженные пальцы принялись нервно сминать одеяло. Это оказалось сложнее, чем я предполагала…
— Возможно, я забегаю вперед, и тебе покажется все это глупостью, — нервно усмехнулась я. — Но мне действительно нужно знать… Понимать, кто я для тебя? Пока все еще не слишком далеко зашло.
Его молчание давило на нервы бетонной плитой. И по лицу ничего не прочтешь — лишь легкая хмурость, а так, будто маска из камня.
— Боюсь, слишком поздно, — вдруг выдал Варавва, и мое сердце гулко забилось в груди.
— Что?..
— Все уже далеко зашло, Арина. И ты знаешь это.
Я сглотнула, глядя на него с жалким непониманием. Или точнее с настороженность, потому что он был прав — наша связь давно перешла все границы осторожностей и какого-либо трезвого анализа. По крайней мере, с моими чувствами все было однозначно, и, похоже, Марк говорил именно об этом.
— Тогда тем более я должна знать ответ, — сказала я на одном дыхании, глядя ему в глаза.
Затем неожиданно добавила: — Хотя возможно я итак знаю…
— Вот как?
Взгляд Марка не отражал и толики любопытства, только какую-то острую сосредоточенность.
— Да, — с вызовом заявила я. — Это ведь очевидно. Можно сказать все, что угодно, но действия всегда оказываются красноречивее слов.
— И какие выводы ты сделала исходя из моих действий? — сдержанно спросил он.
Сделав неполный вдох, я отвела напряженный взгляд в пространство и повела плечом.
