Феликс решил в данной ситуации блефануть. Он издал вскрик, имитируя осколочное ранение. Он мог из-за колонны спокойно прострелить диван, но не сделал этого, а громко выругался, чтобы его услышал наемник.
Генрих не проявил себя. Прикрываясь колонной, Феликс направлял пистолет-пулемет в сторону врага. Но не стрелял, ожидая действий противника.
Держал паузу и Генрих. Он услышал возглас раненого. Теперь Генрих убедился в том, что ему противостоит только один человек. Но он не торопился, подозревая, что его выманивают на открытое пространство.
Хотя какое укрытие от «Бизона» представляет из себя обычный диван? Почему противник, пусть даже раненый, не стреляет? Не может? Или надеется взять живым? Дурак! Такие, как Генрих, живыми не сдаются. Время шло, и следовало действовать. Наемник снял с пояса вторую наступательную гранату. Стон противника не прекращался, указывая Генриху направление броска. Сейчас взрыв решит исход боя!
Но Феликс решил ждать взрыва гранаты и появления бандита из укрытия.
Поэтому незаметно переместился в небольшую каморку под лестницей.
Генрих выдернул кольцо, отпустил чеку, метнул гранату. Через секунды очередной взрыв сотряс стены дома: посыпались куски стекла и штукатурки, осколки, пропев свою короткую песню, вонзились в стены. В этот момент неожиданно наступила тишина. Затих бой и за стенами, на улице. Генрих привстал на колени, резко нырнул в сторону от дивана, стреляя, не целясь, переворачиваясь на полу... Он стремился удержать огонь на уровне человеческого роста и не жалел патронов, уверенный, что переиграл врага.
Но в комнате никого не было! Генрих замер. Неужели на этот раз ему попался более сильный противник?
Феликс уже готов был открыть огонь по рукам бандита, чтобы сделать его беспомощным, когда вдруг в оконном проеме появился лейтенант Головин, спешивший на помощь командиру. Генрих мгновенно перевел «Вал» на появившуюся мишень, и Феликсу для спасения жизни подчиненного ничего не оставалось, как вести огонь на поражение.
Пули разбили череп наемника еще до того, как он успел нажать на спусковой крючок.
Головин перепрыгнул в комнату и сразу понял, насколько не вовремя он здесь появился. Виновато взглянул на командира:
– Я хотел вам помочь, товарищ полковник...
– Если бы минутой позже, – вздохнул Феликс, глядя на труп Генриха, – и помощь бы была существенной... Ладно, чего нос повесил? Все ты делал правильно. И за стремление помочь – спасибо! Давай-ка осмотри быстренько дом.
