Накануне, убираясь в квартире, она уронила пиджак доктора, и из кармана выпало несколько фотографий. Похоже, снимки делали в Африке. На них смеющиеся детишки тянули ручонки к фотографу. У некоторых были серьезные увечья, кто-то лишился конечности, на темных худеньких телах белели широкие повязки, но счастливые личики сияли. Если фотографом был доктор Рид, Софи понимала, почему его тянет вернуться в Африку.
Но последняя фотография отличалась от остальных. Темноволосый молодой мужчина на снимке стоял, отвернув лицо. Двое проказливых малышей ерошили его вихры.
На руках он держал младенца, и еще трое мальчуганов постарше жались к нему, душили в объятиях, широко улыбаясь в камеру. Эта сцена безмятежного счастья глубоко тронула Софи, от снимка веяло радостью, весельем.
Поскольку доктор Рид явно не хотел выставлять эту фотографию на всеобщее обозрение, Софи убрала ее вместе с другими в пустой ящик комода.
Теперь она достала снимок и отнесла на кухню. Поставив фотографию рядом с пластом глины, она всмотрелась в нее цепким взглядом художника, схватывая пропорции, композицию, игру света и теней.
"
"В маленькой кухоньке хозяйственной утвари было немного, но Софи отыскала пару ножей, старую гнущуюся вилку и зубочистки. Наткнувшись на шило для колки льда, она улыбнулась. Когда-то Софи любила хвастаться, что могла бы высечь статую Линкольна при помощи одного такого шила. В кастрюльке на плите булькало тушеное мясо, в духовке пекся тыквенный пирог. Взяв нож, Софи отделила от пласта глины кусок.
Рид вернулся домой вечером, падая с ног от усталости.
Весь день он только и делал, что отвечал на вопросы, примерял костюм, терзаясь сомнениями, хватит ли у него духу так вырядиться, и строил планы на выходные. Потом он отправился в тренажерный зал мужа Сары и довел себя до изнурения, упражняясь со штангой, а после решил попробовать силы на боксерском ринге с Майком.
Противники надели перчатки, и Майк обронил, поддразнивая приятеля:
— Стоит завести девушку, и ты сразу потеряешь двадцать фунтов.
— По тебе этого не скажешь, — заметил Рид.
— Сара изматывает меня почище тренажерного зала.
Мужчины весело рассмеялись.
Когда Рид, приняв душ, подъехал к дому, шел десятый час. Арендованный автомобиль Софи исчез со стоянки. Девушка уехала, а значит, можно беспрепятственно войти в квартиру.
Открыв дверь, Рид расплылся в улыбке. Софи украсила комнату парой ламп. Они горели, окутывая гостиную мягким сиянием и создавая уют. На столе лежали приборы, в воздухе витал запах еды.
