Входная дверь оказалась не заперта, и Рид отметил про себя, что надо поговорить об этом с Софи. Одно дело оставлять дверь открытой, уходя из кафе, и совсем другое — ночевать в незапертом доме.
Свет не горел, но Рид сумел разглядеть, что закусочная сияет чистотой. В глубине зала виднелось что-то розовое. Должно быть, Софи забыла внизу свитер, решил он. Но, подойдя ближе, Рид увидел, что это сама девушка. Она сидела за столом, уронив голову на руки, и крепко спала. Даже не будь Рид врачом, он понял бы, что Софи безумно измучена.
— А вот и я, милая, — ласково прошептал он, целуя ее в висок. Софи, не открывая глаз, обняла его за шею.
— Без маски, — сонно пробормотала она, уткнувшись лицом ему в шею.
Рид улыбнулся в ответ.
— Больше никаких масок. Как видишь, я стою перед тобой ничем не прикрытый.
— Ты мне нравишься нагишом.
— Правда? — Рид потянул Софи за собой. Он хотел было подхватить ее на руки и легко взбежать наверх, подобно Ретту со Скарлетт в «Унесенных ветром», но проделать это на узкой лестнице ему бы не удалось.
Похоже, архитектор, построивший дом, был чужд романтики. Софи решила проблему, обвив руками шею Рида и повиснув на нем, словно ребенок. Рид поднял ее, прижав к себе, а она крепко уцепилась, оплетя его ногами.
Околдованный пьянящим ощущением ее близости, Рид едва не задохнулся от волнения.
— Хорошо, что я маленького роста, — шепнула Софи, когда Рид нес ее к лестнице. — Всегда задавалась вопросом, каково приходится высоким девушкам. — Он мог бы просветить Софи на этот счет, но вдруг обнаружил, что память напрочь отказала.
— Ты приятно пахнешь, — пробормотала Софи, прильнув губами к его шее. — И на вкус тоже хорош. А как насчет внутренней сущности?
Рид усмехнулся.
— Я стал лучше, с тех пор как встретил тебя. — Миновав коридор, он внес Софи в спальню и опустил на кровать. Она немедленно перевернулась на бок и снова заснула.
Рид немного постоял, глядя на девушку, свернувшуюся клубком на постели. Джинсы плотно обтягивали бедра, а розовая майка облегала талию и грудь.
Изящная фигура Софи, похожая на песочные часы, напомнила Риду те старинные времена, когда женщины носили корсет, чтобы утянуть талию до двадцати одного дюйма. Но Софи с ее великолепной фигурой не нуждалась в этом. Даже джинсы и футболка не могли скрыть ее округлых женственных форм, тонкой талии.
Рид понимал, что нужно уйти и дать Софи выспаться, но продолжал стоять, не в силах оставить ее. Ему отчаянно хотелось лечь рядом, обнять Софи, слиться с ней воедино.
