Сливать Павлова он не желал, но и против Воронова идти тем более нет резона. В очередной раз обвинив всех баб, что всё зло от них, он спросил Бобышкина.
— Что делать будем?
— А ничего, разводите с Павловым чувака на бабло. Как дело к квартире будет подходить, Воронов скажет, что делать. Ты постоянно меня в курсе дела держи, телефон знаешь. Ко мне не ходи, пока сам не вызову. Француз, ты же понимаешь, что он шутить не любит?
— Понимаю. — ответил Француз и пошёл в барак.
Вот мусора, думал он, жрут друг друга, как зэки, ничего святого.
Эх, если бы не Танька, хрен бы я с вами связался. Ну и Ленка, и Ольга, и Оксанка, и Светка, всё зло от баб.
На следующий день Павлов вызвал Француза.
— Здорово Француз, что будем с мешком делать? — спросил Павлов. — С чего начнём?
— А что тут думать, сегодня на сходняке по мешку будет решаться вопрос, куда его девать. Или к мужикам, или в гарем, тут, как братве преподнести. Понятно, что статья стрёмная, но износа нет, извращёнка. Тут кто угодно может попасть. Его на бабки хотели развести, а он пожадничал.
Дал бы денег и был на воле. Они там на воле эти богатеи расслабляются порой и думают, что всё с рук сойдёт. А тут хрена лысого на воротник.
— Ты про себя сейчас рассказываешь? — пошутил Павлов
— Побойся Бога. У меня статья порядочная, я по жизни ровно шагаю. — ответил Француз и вспомнил утренний разговор с Бобышкиным. Вот сука, чувствую, что лезу в блудню."
"— Короче, решай вопрос, чтобы в гарем не загнали. Кому там что надо, я помогу. Мешок садим на крючок. Доходчиво ему объясняем, ты со своей стороны, я со своей, если сорвётся, то только в гарем.
Дальше видно будет, на карты его подсадим, на наркоту. В общем понял куда ветер дует, да Француз?
— Да, конечно, понял. Я надеюсь, наверху в курсе за мешок, а то неохота по шапке получать.
— Не понти, кому надо, тот в курсе. Ты только язык за зубами держи, понял?
— Понял.
Вечером Француз пошёл на сходняк. Братва сидела на шконках и пила чай. Решали вопросы про грев зоны, как изловить крысу, которая завелась в седьмом отряде и про насущное.
Странно, подумал Француз, а почему сегодня на сухую, не порядок. Он послал местного шныря за Жовтисенко. Через десять минут Жовтисенко прибежал с литром бухла. Он знал, если шнырь пришёл за куревом от Француза — значит нужно бухло. Он отдал две бутылки и пошёл быстрее обратно в отряд гонять зэков за вонь от самогонного аппарата. Не любил Шафер органические запахи.
Братва гудела про движуху воровскую и Французу это стало надоедать.
