Если я начну твоих осужденных часто к себе вызывать, то смогу вызвать подозрение. Начни работу по Жукову сам, только плавно, как бы невзначай, а я по своим каналам дальше буду инфу рыть. Потом состыкуем наши результаты, а там видно будет, что делать.
— Так он дальше носить будет?
— Лучше пусть носит и привыкает, чем просто его спугнуть. Он сейчас начнёт бдительность терять и наглеть. Когда по рукам не бьют, человек расслабляется. Спугнуть нельзя, а если возьмём, то и другим неповадно будет. Торопливость нужна только при ловле блох.
Я надеюсь на тебя, не засветись только. Василий Васильевич, запомни, настоящий опер — это хирург, артист, ювелир! Понял?
— Понял. — ответил Васильев и про себя подумал, что Петрович точно настоящий ювелир. Не зря у него три дочери.
Васильев начал сбор оперативной информации и вызывал к себе всех без разбору. В отсутствии Жукова на смене, он стал подольше задерживаться в трёхэтажке. Старался вести себя так, как учил Петрович, шутки, прибаутки и так далее. Петрович был прав, Васильев начал столько интересного узнавать от осужденных, что даже не ожидал такого.
В кабинете у оперов, сделал вывод Васильев, не всякий осужденный расслабляется. Ночью в отряде осужденные общаются совсем по-другому. Обстановка другая, когда они мимо него в трусах ходят в умывальник или в комнату приёма пищи. Васильев вспомнил про начальника оперчасти Александрова и решил провести эксперимент, в точь-точь, как рассказывал Петрович."
"Васильев узнал многое. Когда днём спит начальник отряда и кто скоро будет смотреть за городом.
Где стоят в Центральном районе лучшие проститутки и почему постоянно дорожает бензин. Но самое главное то, что прапорщик Жуков придирается к одну и тому же осужденному во время ночных обходов.
— Василий Васильевич. — не останавливаясь болтали зэки. — Этот Жуков всегда цепляется к Димке Новикову. Тот идёт ночью в туалет, он его прошмонает всего, ну ладно, иди куда шёл. И так каждую смену. Ну коль так, посади его в ШИЗО и дело с концом. Два, три раза в неделю вот так его доканывает.
Представляете, Василий Васильевич? А сам обход толком не делает, туда, сюда походит, только фонариком в секции посветит для понта. На обратном пути сам сходит в наш туалет и дальше пошёл по зоне гулять.
— А почему Новиков к нам не придёт и не пожалуется на Жукова? — спросил Васильев зэков.
— Василий Васильевич, Вы что? На шмон жаловаться так-то не по понятиям, да и по закону всё правильно. Сами же нам говорили, мало ли, что у зэка трусах.
