Ждёт сука, когда меня увезут. Наступил вечер.
— Товарищ полковник, а у кого конкретно ищете? — спросил Васильев. — Фамилию хоть знаете? Может я чем помогу?
— По оперативной информации у Вас товарищ майор. — грубо ответил Горлов.
— Может в моей машине посмотрим? Может я ещё не донёс наркотики до этого кабинета? А может уже в зону занёс, надо там искать. — Васильева уже понесло в разнос.
— Ваши шутки тут не уместны. — уже уставший от обыска, сказал Борщёв.
— Какие же тут шутки, когда меня обвиняют в хранении наркотиков.
Я сейчас даже очень серьёзен. Мне вообще сейчас не до смеха. Машину будем проверять? Она не имеет отношения к кабинетам оперативного отдела, личная, но я разрешаю без ордера её посмотреть.
— Так, хватит. — прервал всех Горлов. — Где Зубов?
— Самому интересно. Вы весь день здесь, а он даже не соизволит за зону выйти. Не похоже на него, может позвонить ему? — спросил Васильев.
— Я сам потом позвоню. — нервно ответил Горлов. — Всё, Борщёв, поехали.
Горлов и Борщёв уехали с пустыми руками.
Через пятнадцать минут за зону вышел Зубов и начал исполнять заботливого руководителя. Спрашивал, что произошло и зачем приезжали. Почему ему не позвонили и что случилось. И вообще, какие ещё наркотики, они что, уже с ума сошли что ли.
Васильев смотрел на него и думал, вот и ты Валентинович скурвился, сука ты конченная. Посмотрев на Наташу, Васильев понял, что она такого же мнения. Зубов только говорил и говорил про необоснованный обыск.
До чего уже опустились полковники, устраивая этот цирк. Выговорившись, он вскоре уехал домой."
"— Ну что, господа опера. — сказал Васильев. — Давайте за этими уродами порядок хоть наведём. Вова, доставай водку из тайника, которую они не нашли. Давайте выпьем. Что-то так выпить захотелось, не каждый день приезжают наркотики у меня искать.
Опера пили водку. Васильев думал и думал о том, как ему повезло, что он забыл за зоной свой ежедневник. А Наталья молодец, свой человек! Если бы нашли, конечно же не посадили, а может и посадили.
Скорее всего уволили и опозорили на всё управление, а там и до мордобоя было бы не далеко. Хотя Васильев уже сейчас был готов к мордобою. Жаль, что «друг» так быстро уехал домой и дал времени «закипеть». Опера общались и обсуждали сегодняшний необычный день. Владимиров показывал их тупые гримасы, когда они, обломались как лохи, и обосрались перед своими подчинёнными. Васильев был в раздумьях.
