Зэка надо сначала уебать до посинения, чтобы он выполнял все требования, которые мы ему предъявляем. — Андрей повысил тон. — На будьте любезны зэки в нашей стране не хотят выполнять правила внутреннего распорядка.
— Но не таким же способом. — возразил Пливашов.
— Ты, капитан, приходи к нам в зону работать. Я посмотрю, как у тебя получиться заставить зэков выполнять все распоряжения. Которые, кстати, ваше управление и присылает.
— Я буду докладывать об этом происшествии руководству. Это уже ни в какие ворота не лезет.
Вы здесь учинили произвол. Это всё не законно.
— Вопросов нет, докладывай. А теперь пойдём в дежурку, запись сделаешь в журнале проверок и езжай дальше. Вряд ли ты где-нибудь порядка больше увидишь, чем в моей колонии."
"— Записи журнале проверок я оставлять не собираюсь. Утром всё доложу руководству устно. Вам рекомендую отвязать осужденного, оказать ему медицинскую помощь и вернуть в камеру.
Они вышли из кабинета и пошли на выход из изолятора. Шмаров оглянулся на младшего инспектора и подмигнул ему.
Андрей жестом руки, вправо и влево, дал понять, чтобы тот продолжил заниматься маятником.
Пливашов уехал. Утром в управлении он доложил руководству о происшествии и пытках осужденного путём подвешивания за ноги вниз головой с гирей, привязанной к рукам. В ответ он услышал только то, что это действительно не его дело. Им на месте виднее, как с осужденными работать.
ИК-50. Неожиданный расклад
Зэки обступили курицу, в которой остались играть Кирилл Вонидзе по кличке Бекас и Сава Лукашевский по кличке Чуба.
Каждый ждал свои плюса, но итог игры знали только единицы.
— Очко! — радостно крикнул Сава Лукашевский. — Бекас, с тебя тридцатка! Расчёт на двадцатое, как и договаривались. Не забывай.
— Чуба, может ещё одну? — спросил Кирилл Вонидзе. — Дай отыграться?
— Давать тебе жена будет. Нет Бекас, уговор дороже денег, свободен.
— Чуба, ну ещё раз? Один разок, пожалуйста?
— Бекас, ты меня не понял, что ли? Вали отсюда по-хорошему, двадцатого увидимся.
Не будет расчёта, жопу мыль. — усмехнулся Лукашевский и про себя подумал, что краплёные карты ещё никто не отменял, а без лоха и жизнь плоха!
— Может сигаретами отдам?
— Ты случайно не попутал? Братва. — Лукашевский громко обратился к сидящим рядом мужикам. — Это тело играло со мной на живые деньги. Все видели? Все. А сейчас он мне предлагает расчёт сигаретами. Слушай меня внимательно конь педальный. — Лукашевский вплотную подошёл к Вонидзе.
