– Правда, рассказывая о гибели Варфоломеевых и Прокофьевой, она не упомянула про смерть олигарха Никитина с женой. И о присутствии за тем же столом Кутузовых тоже. Кстати, Зинаида, когда вы покупали это кафе, вас не испугала его дурная слава?
– Говорила тебе! – налетела Светлана на подругу. – Народ не забыл эту историю, не стоило деньги в проект вкладывать! Не пойдет сюда покупатель!
– Магазин находится за воротами «Крота», – начала отбиваться Калинина, – расположен удобно, рядом дорога, кругом новые поселки появились, там много потенциальных клиентов.
– Что-то пока здесь пустовато, – гнула свою линию Света. – Хоть убей, не пойму, какого черта ты убыточную точку открыла? Да еще сама все печешь! Сколько человек сюда сегодня пришло?
– Никакой бизнес сразу прибыль не принесет, – резко ответила Зина, – хорошо, если в первый год на ноль выйдешь. У меня сеть популярных кофеен, я могу себе позволить баловство с «Мадам Маффин». И я обожаю возиться с тестом. В сетевых кофейнях кондитеры нанятые, а здесь я сама себе полная хозяйка, и это мне нравится.
– Название хотя бы сменила, – не успокаивалась Соколова, – оно у всех с убийцей Фроловой ассоциируется.
– Только у «кротовцев» и жителей Мишкина, – не сдалась кондитер. – Те, кто пару лет назад в округе построился, ничегошеньки о той истории не слышали.
– Не волнуйся, – скривилась Светлана, – какая-нибудь Полина Кондратьевна глаза им, как Лампе, откроет, да еще набрешет полную кастрюлю с горкой!
– Серафима Кузьминична, – машинально поправила я.
– Без разницы, как идиотку зовут! – вспыхнула Света. – Ладно, договаривай уж и про про́клятый дом.
– Это еще не все? – вздрогнула я.
– К сожалению, нет, – вздохнула Зинаида. – Через некоторое время после гибели людей на празднике Андрей Николаевич женился на Клавдии.
– То-то наши местные девки на выданье тогда расстроились, – ухмыльнулась Соколова. – Рыба в первую очередь.
– Не говори ерунды, – приказала Зина подруге.
– Хочешь убедить меня, что не видела, как Маринка Андрею Николаевичу глазки строила? – спросила та.
– Кутузов намного старше Бородулиной, – напомнила Калинина.
– И что? – заморгала Света. – Да, ему шестьдесят с хвостиком, но у Кутузова все жены были моложе его. Он долго в холостяках ходил, на Юлии женился далеко не юношей, а невесте двадцати не исполнилось. Клаве, когда она с Кутузовым расписалась, едва тридцать стукнуло. Конечно, Маринка думала, что у нее есть шанс.
