Я не хотела, но Клавдия стала расспрашивать, впала в истерику, а потом…
– Выпрыгнула из окна, – договорил до сих пор мрачно молчавший Костин.
Я хотела опять наступить на ногу Вовке, но тот сам замолчал.
– Нет, – скривилась Горская, – наша трепетная девственница оказалась не такой дурой, как Юля. Но я видела, что ей дурно, что тошнота к горлу подкатывает, поэтому распахнула окно, подвела ее подышать и ушла. Меня в момент ее падения рядом не было, я поспешила на первый этаж за водой для Клавки.
– А в ваше отсутствие у нее закружилась голова, – сказала я, – с беременными это случается, они часто теряют равновесие.
– Душенька, вы прекрасно все понимаете, – опять похвалила меня Ирина Леонидовна. – Я ни при чем. Это Кутя виновата.
– Девочки там не было! – возразил Анатолий Игоревич.
А я с «сочувствием» посмотрела на Горскую.
– Оля несет моральную ответственность, ведь так?
– Естественно, – кивнула дама. – Юлия из-за дурного поведения Кути выпрыгнула из окна, поэтому Андрею пришлось нанять гувернантку. Клавка бы никогда не появилась в доме, веди себя дочь Кутузова нормально и не убей она свою мать, выходит, Клавдия умерла из-за Кути.
– Прекрасно, – выдохнул Костин, – наконец-то все разложили по полочкам.
– Пока нет, – остановила я Володю. – Ирина Леонидовна, девочка ведь не высовывалась из окна? Не плевала со второго этажа?
Горская хихикнула.
– Я немного нафантазировала. Но исключительно ради пользы Кути. Ее следовало наказать, чтобы пресечь дальнейшее желание разбойничать. И она же убийца!
– Но вы сообщили Андрею, что лично видели, как его дочка выглянула из гостевого домика, – вздохнула я.
– Тонкий расчет: Юлия и Клава мертвы, Кутя, виновница всего, отправится в тюрьму, Андрей Николаевич освободится и от жен, и от ребенка и наконец-то поймет, что все бабы, кроме Ирины, доставляют ему только неприятности, поэтому отведет верную любовницу под венец, – резюмировал Анатолий Игоревич.
– Я не собиралась доносить на Кутю полиции! – всплеснула руками Горская. – Зачем шумный скандал, суд, сплетни соседей? Поговорила с Андрюшей, растолковала, что его дочь больна психически, ей необходим пристальный надзор врачей в лучшей частной клинике, ни в коем случае нельзя отдавать ее полицейским.
А мы с ним будет заботиться о несчастной.
Теперь нервы сдали у Костина.
– Неужели у вас ни разу не защемило сердце при мысли, что девочку запрут в сумасшедшем доме, ей будут давать лекарства, которые угробят ее здоровье и психику?"
"– Кутя убийца! – взвизгнула Горская.
