Молодой человек едва мог представить себе упаковывание тех нескольких вещей, что у него были, переход через Каньон в Уайльдс, посадку на корабль, сто дней на острове с членами Легиона. Он чувствовал себя одновременно и взволованным, и напуганным. Ему никогда не приходилось бывать на корабле, он никогда не пересекал море. Тору очень понравилась идея о том, чтобы развить свои умения, надеясь на то, что он пройдет через это и его не отсеют.
«Прежде чем ты упакуешь свои вещи, ты должен доложить своему рыцарю», – сказал Конвен.
– «Теперь ты – оруженосец Кендрика, пока отсутствует Эрек, не так ли?»
Тор кивнул в ответ.
«Да. Он здесь?»
«Он был снаружи с некоторыми другими рыцарями», – ответил он. – «Кендрик готовил своего коня и, насколько я знаю, он искал тебя».
Тор стоял, задумавшись. Мысль о Сотне волновала его больше, чем он мог выразить словами. Он хотел пройти испытание, хотел, чтобы его толкнули на крайность, хотел проверить, так ли он хорош, как другие. Если Тор вернется назад – а он был уверен, что вернется – то станет сильным воином.
«Вы уверены, что я включен в список, что мне тоже разрешили поехать?» – спросил Тор.
«Разумеется, ты едешь», – сказал О’Коннор. – «Если, конечно, ты не нужен своему рыцарю здесь. Тебе нужно его разрешение».
«Спроси его», – сказал Элден», – «и дело с концом. Многое нужно сделать для подготовки, а ты очень отстаешь. Корабли не станут ждать. Кто не успеет на корабль, не сможет остаться в Легионе».
«Поищи Кендрика в оружейной», – посоветовал О’Коннор.
– «Я видел его там час назад».
Тору не нужно было говорить дважды. Развернувшись, он выбежал из казармы и побежал через поле по направлению к оружейному складу. Крон, повизгивая, бежал за ним."
"В тот момент, когда Тор добрался до оружейной, тяжело дыша, он увидел там Кендрика. Он находился один, глядя на стену с алебардами. Рыцарь выглядел задумчивым и напряженным, уйдя в себя. Тору показался, что он вторгся в личное пространство, чувствуя вину за то, что прервал Кендрика.
Когда рыцарь обернулся, Тор заметил, что его глаза были красными от слез. Тор вспомнил о похоронах короля, о том, как Кендрик опустил тело своего отца в землю, и почувствовал себя ужасно.
«Прошу прощения, сир», – произнес Тор, отдышавшись. – «Мне очень жаль, что я помешал Вам. Я уйду».
Когда Тор развернулся, чтобы удалиться, раздался голос Кендрика.
«Нет, останься. Я бы хотел поговорить с тобой».
Тор повернулся к нему, чувствуя боль Кендрика.
