И хотя он привез с собой дюжину своих лучших стрелков, в колчанах которых уже наготове были отравленные стрелы, в случае, если что-то произойдет.
МакКлауд и его люди остановились у кромки воды, их кони тяжело дышали. Он спешился и остальные последовали его примеру, держась поближе к нему. Должно быть, Империя заметила их, потому что МакКлауд увидел небольшую деревянную лодку, которую спустили на воду. В ней находилась, как минимум, дюжина дикарей. Они готовились плыть к берегу. Рассматривая паруса, МакКлауд почувствовал боль в желудке – он ненавидел иметь дела с этими дикарями, с этими существами, которые с радостью предали бы его, с радостью пересекли бы Каньон и захватили обе стороны Кольца, если бы могли.
Люди МакКлауда теснее собрались вокруг него.
«При малейшем признаке беды, поджигайте свои стрелы и выпускайте их. Цельтесь в их паруса. Вы можете поджечь весь флот, если каждый из вас выпустит по дюжине стрел».
«Да, сир», – раздался хор голосов.
Сын МакКлауда Дэвон встал возле него, в то время как его молодая жена, дочь МакГила, встала рядом со своим мужем, нервно глядя на воду.
Это была идея МакКлауда привезти ее сюда. Он хотел вселить в нее страх. Он хотел, чтобы он знала – теперь она является собственностью МакКлаудов, что она может рассчитывать на них – и только на них – для своей безопасности. МакКлауд хотел, чтобы она усвоила – ее отец и ее королевство были теперь далеко и она туда никогда не вернется.
Его план сработал. Молодая женщина стояла с ужасом в глазах, практически вцепившись в Дэвона.
Дэвон, глупый сын, наслаждался этим. Он не понимал ценности всего этого. МакКлауд испытывал отвращение, видя, что его сын настолько сражен этой девчонкой.
«Как, по-твоему, что они от нас хотят?» – спросил Дэвон отца, подходя ближе.
«Что еще они могут хотеть?» – огрызнулся МакКлауд. – «Глупый мальчишка. Открыть ворота Каньона».
«Ты позволишь им? Ты заключишь с ними сделку, отец?»
Обернувшись, МакКлауд посмотрел на парня. Его глаза метали такие молнии, что тот, наконец, отвернулся.
«Я никогда ни с кем не обсуждаю свои мысли. Ты узнаешь мое решение, когда я его приму. Тем временем стой и смотри. И учись».
Они все стояли в звенящей тишине, в то время как лодка Империи приближалась к берегу. Она находилась еще в нескольких минутах, с трудом пробираясь через волны, которые бились о борт, в море, в этих странных течениях Абмрека. Они преодолели около сотни ярдов, им пришлось бороться с волнами, чтобы добраться до берега.
