Она сопротивлялась, но когда дверь за ней закрылась, ее крики были приглушены.
МакГил сел на край кровати и прикрыл голову руками, пытаясь остановить головную боль. Для него было несвойственно испытывать головную боль так рано – до того, как выпивка успела выветриться – но этим вечером все было по-другому. Все изменилось так быстро. Праздник был в самом разгаре, и ничто не нарушало веселье. Он позаботился о прекрасном выборе мяса и крепком вине. И тут появился тот мальчик, Тор, который испортил все.
Сначала он вторгся со своим глупым сном, потом он имел наглость выбить кубок из рук короля.
После появилась та собака и, выпив вино, замертво упала на глаза у всех. В тот самый момент МакГил был потрясен. Осознание произошедшего било его словно молоток – кто-то пытался его отравить. Убить его. Он с трудом верил этому. Кто-то пробрался мимо его охраны, мимо его дегустаторов вина и еды. Король находился в шаге от смерти, и его до сих пор трясло при мысли об этом.
Он вспомнил, что Тора увели в подземелье, и спросил себя – правильный ли это был приказ.
С одной стороны, разумеется, парень просто не мог знать о том, что вино в его кубке было отравлено, если он сам его не отправил или каким-то образом не был замешан в преступлении. С другой стороны, он знал, что Тор обладал глубокими таинственными силами – слишком таинственными – и, возможно, он говорил правду. Может быть, он на самом деле видел это в своем сне. Возможно, Тор действительно спас его жизнь и, может быть, МакГил отправил в подземелье поистине верного человека.
Голова МакГила раскалывалась от мыслей, пока он сидел, потирая свой сморщенный лоб, пытаясь осознать все случившееся. Но этой ночью король выпил слишком много, его разум был чересчур затуманен, мысли его кружились, поэтому он не мог добраться до самой сути. В комнате было слишком жарко – знойная летняя ночь давала о себе знать. Его тело перегрелось после часов поглощения еды и питья. Он чувствовал, что потеет.
МакГил протянул руку и скинул сначала свою мантию, затем верхнюю рубашку.
Он снял все, кроме нижней рубашки."
"Король вытер пот сначала со лба, потом со своей бороды. Он наклонился и стянул свои огромные тяжелые сапоги – по одному за раз – и сжал свои пальцы, когда они почувствовали воздух. МакГил сидел, тяжело дыша, пытаясь вернуть себе равновесие. Его живот сегодня отяжелел, а это было обременительно. МакГил поднял ноги вверх и лег на спину, положив подушку на голову.
