Так что они давно подсчитали, скольки им нужно того же леса, скольки угля, скольки мяса… Вот и воюют за это добро.
– В другом бы месте воевали! – недовольно буркнул Савельев.
Фрол качает головой.
– В другом! И в каком же? – спрашивает он. – Почитай, уже все горы да леса свели у себя, теперь на океан идут. И придут!
– Придут, коли мы, будто б те глухари на горелых пнях, сидеть будем да ждать, когда нас на костре поджарят, – горячо заявляет Ерёма.
– А что делать? – спрашивает его Фрол. Глаза у него хворые да грустные – будто б он разом заболел от всех этих переживаний.
– Говорю тебе, саман есть…
– Ну, допустим, шаман твой возьмется за это дело… – начинает рассуждать Фрол. – И что?.. Как он нам поможет? Пальцем им погрозит? Вроде как – я вам, черти-та окаянны…
– Да какие черти, Фролка! – возмутился Ерёма. – Он на них всех порчу нашлет.
Фрол потрясен.
– А ить я не знал, че ты такой злой, – удивленно смотрит он на соседа.
Ерёма смачно сплевывает через перилу.
– Злой говоришь? – остро зыркнул он на собеседника сквозь азиатский прищур глаз.
– А они, – он снова кивает в ту сторону, где, раздвигая тайгу, уже спешит-торопится к Бэркану железная колея, – они разве добрые? Ну коли добрые, зачем они к нам идут? Мы же их не звали…
Фрол усмехнулся:
– То-то они тебя спросили…
Ерёма вспыхнул.
– А я что, не человек, по-твоему, что ли? – скрипнув зубами, спрашивает он. – Да меня вся область недавно слушала, когда я на слете передовиков выступал! Меня на телевизор снимали! Радио ко мне приставало с расспросами… А ты говоришь!.
.
Фрол поморщился:
– Пустое это все, сусед… Вот ты говоришь, слушали тебя… А почему? Да потому, что ты говорил то, что они хотели услышать от тебя. А начни с ними спорить – тут же рот тебе заткнут. Так что не верь ты этим умникам – обманут.
– Так кому ж тогда верить? – растерянно смотрит на соседа Ерёма.
– Господу нашему Богу – вот кому, – отвечает тот. – Этот уж не обманет…
Глава восьмая
1
Слух о том, что Бэркану грозит беда, быстро разлетелся по поселку.
А всего-то Ерёма и рассказал тогда о своем открытии одному Фролу. Видно, тот поделился опасениями с Христей – ну она и разнесла по своей родне. А родня здесь, почитай, весь поселок. Кто-то с кем-то в прямом родстве состоит, кто-то в кумовьях да крестных числится. На одном конце поселка прозвучит слово – тут же по цепочке его передадут на другой.
Взбудоражились люди, загоношились. Поселковый Совет требуют собрать, чтобы тот немедля решил, что делать.
