– Разумеется, Куликовой не имело смысла использовать лишь буквы, отличающиеся от алфавита манускрипта, – тогда шифр можно было слишком легко прочесть, а она, видимо, опасалась этого. Какие-то из тех, что есть в манускрипте, должны были подходить ей."
"– Похоже на правду, – согласился Бабкин. – Осталось их найти.
Илюшин нахмурился и углубился в изучение «квадрата» Куликовой. Поколебавшись, Сергей последовал его примеру. Нескольких минут обоим хватило, чтобы прийти к одному и тому же выводу. Озвучил его Макар:
– Почти любой символ может быть использован в русском слове и вполне впишется в него, – констатировал он.
– Кроме разве что последней закорючки во втором ряду и ей подобных. Допустим, она брала символы, стоящие рядом с теми, что мы нашли…
Он быстро выписал значки, прибавив к ним новые, и застыл над страницей.
– Получается? – с жадным любопытством спросил Сергей, против воли увлекшись задачей.
Илюшин отрицательно покачал головой:
– На первый взгляд – нет. Давай попробуем перестановку…
Но перестановка тоже ничего не дала.
Значки не хотели складываться в слова, и ни в каком сочетании из них не получалось осмысленного текста.
– Снова абракадабра. – Бабкин почесал в затылке. – Ну сколько можно, а? Опять ошиблись.
– Нет, не ошиблись. Мы просто не знаем, какие символы нам подходят. Я же выбрал их практически наугад, а Куликова должна была чем-то руководствоваться…
– А давай зайдем с другой стороны, – предложил Сергей. – Что мы уставились в этот квадрат, как две совы? Не складываются у нас значки и закорючки, и черт бы с ними.
– Свежий взгляд на вещи, – признал Илюшин. – В какой-то мере это действительно значит «подойти с другой стороны».
– Да я не об этом! Как мы назвали все эти каляки-маляки? «Квадрат и одуванчик». Так? Тогда почему мы занимаемся исключительно квадратом, в то время как одуванчик растет себе, не охваченный нашим вниманием, подобно сорной траве? Ты предположил, что он нарисован для отвода глаз.
– Пожалуй, я ошибся, – признал Илюшин. – Сомнительное объяснение.
– Вот-вот. Нет, этот странный цветочек с кривыми листиками здесь зачем-то нужен! Весь вопрос – зачем? Кстати, с чего мы вообще взяли, что это одуванчик?
– Понятия не имею. Видимо, с того, что на розу он похож еще меньше.
– Тогда уж чертополох… Количество букв в названии цветка ничего нам не дает?
Макар разочарованно щелкнул пальцами:
– В том-то и дело, что нет! Это я уже пробовал.
– Ну хорошо… – Сергей ухватился за свою идею и не хотел сдаваться.
