– Такой молодой и вообще не в теме?
Она глубоко вздохнула, но принялась терпеливо объяснять, видимо, вспомнив о том, что студент-филолог – единственный, кто вообще согласился выслушать ее историю подробнее, не отказавший после первого общего ознакомления с делом.
– Такие люди, как Молли, называются инста-ангелами. Когда выходишь на определенный уровень в бизнесе, то самой раскручивать инсту становится сложно. Не разорваться. В общем, я платила своему Лимону за тысячу живых подписчиков в неделю. А она вела мою страничку, как будто это я сама делаю.
Их сейчас даже на журфаках специально всем этим делам учат.
– Хорошо, я понял. Инста-ангел – что-то вроде пиар- или бренд-менеджера по социальным сетям. – Я попытался продемонстрировать, что в теме.
– Ну типа.
Инна махнула рукой, мол, ладно, сойдет такое определение на первый раз.
– И что сделала Лимончик, когда вы указали ей на массфолловинг? Исправила? – поинтересовался я.
Инна изобразила притворный восторг.
– В момент исправила! Извинялась, как не в себя.
Уверяла, что из лучших побуждений. По наивности я ей поверила. А оказалось, что она просто глаза мне отводила.
Инна всхлипнула, но плакать явно не собиралась. Все ее ужимки и прыжки тоже были заранее придуманы и отрепетированы. Самое забавное, что она даже как будто нарочно театральничала передо мной. Или это была такая манера человека, привыкшего к публичным выступлениям? Надо еще повнимательнее к ней присмотреться, что она и зачем.
– Можно уточнить? – аккуратно встрял я между очередными крепкими восклицательными конструкциями.
– Да, – мгновенно откликнулась Инна и сделала серьезное лицо.
– Вы даете своему ангелу все инструменты для раскрутки, так? Личную информацию, фотосессии.
– Селфи, фото, подписи, мои лекции, видео ей наговариваю, чтобы она цитаты оттуда брала для постов… Для фото я вообще сделала общее облако, куда сливались все фотографии из компа, планшета и телефона.
– Зачем?
– Для быстроты. Инста требует скорости.
– То есть Лимончик получала все ваши фото, в том числе и неудачные, и вольна была выбирать?
Инна подтвердила, а я вспомнил трех своих дам, с которыми рос и воспитывался: мама, бабушка и Вика.
Мой отец срулил из семьи, когда я был еще совсем маленьким, папу не помню, зато женского влияния – хоть отбавляй, и что-что, а одно я усвоил точно. Быть довольной своей внешностью, а уж тем более изображением на фото – одно из самых главных табу женского мира. Они вечно не нравились самим себе.
