Я устрою для вас демонстрацию.
Я обрадовалась, что у нас возник контакт.
– Очень интересно, спасибо.
– Вам не сказали, к кому вы идете с разговором? – неожиданно осведомилась хозяйка.
– К Ульяне Марковне Ворошиловой, – уточнила я.
– Но не сообщили, чем я занимаюсь? – предположила хозяйка дома. – Я организатор чайных и кофейных церемоний. Мои услуги очень дорого стоят, но для вас я сделаю все бесплатно.
– Неудобно как-то, – пробормотала я."
"– Вы когда-нибудь принимали участие в таком действе? – осведомилась Ульяна.
– Ни разу в жизни, – призналась я.
– Пошли, – скомандовала Ульяна, – чай располагает к откровенной беседе. Вас интересует, что я знаю о Всеволоде Игоревиче?
– Да, – подтвердила я, входя в комнату и останавливаясь на пороге.
Столовая Ворошиловой выглядела необычно. Из мебели в ней была армия широких низких табуреток. Всё. Пол устилали циновки. Сквозь арку в стене виднелась часть кухни, там я заметила несколько обычных шкафчиков и холодильник.
– Присаживайтесь, – предложила хозяйка и ушла на кухню.
Я решила устроиться на единственном предмете мебели, и очень осторожно угнездилась на табуретку.
– Они как мастера лаковой миниатюры, – заявила Ульяна, внося в столовую заставленный посудой поднос, – это я о Кашиных и Ракитине. При посторонних они были приторно сладкими: папочка, мамочка, доченька. Зятя Сергей и Валентина называли сыночком. А он их именовал: папуля, мамуля.
Ульяна скрестила ноги, опустилась на циновку, поставила поднос на одну табуретку, а вторую поместила напротив себя.
До меня дошло, что табуретки предназначены не для сидения, это столики. Слегка сконфузившись, я встала. Ульяна похлопала ладонью по циновке.
– Устраивайтесь.
Я решила повторить маневр Ворошиловой, скрестила ноги, попыталась красиво приземлиться, но меня занесло и я свалилась набок.
– Не тушуйтесь, – приободрила меня Ульяна, – с падения почти все начинают. Вставайте на четвереньки, затем принимайте позу лотоса.
Я кое-как справилась с непростой задачей и выпрямилась.
Хозяйка зажгла спиртовку, водрузила на нее малюсенький чайник, похоже, из сервиза для кукол, и продолжила:
– На людях они изображали мармелад в шоколаде, а дома не скрывали своих чувств. Сергей Иванович мечтал удачно выдать замуж дочь. Зачем ему богатый зять? Деньги у него водились. Мнение Валентины Федоровны никогда не учитывалось, да она всегда и во всем соглашалась с супругом. Вероника тоже была скромная, молчаливая.
