Вуайеристка, что ли? Да плевать! Сейчас я тебе устрою такое шоу: извержение вулкана рядом даже не стояло!
— Оставь ребенка!
— Но как же я оставлю девочку без присмотра?
— Без присмотра оставлять не придется. Олжас! — рявкнул я, теряя самообладание, все крепче и крепче вжимаясь в задницу девушки.
Аня изогнулась кошечкой в спине, дрожала и едва не подмахивала бедрами мне навстречу. Готов поспорить, она напрудила потоп в свое бельишко…
На мой крик раздались торопливые шаги управляющего Олжаса. С трудом я заставил себя отойти от Ани, пока не появился мужчина в летах.
— Звали, Эмин Муратович?
— Звал. Ты же трижды дедушка, Олжас?
— Да, — подтвердил мужчина, сдержанно улыбнувшись, но в его улыбке сквозила плохо скрываемая гордость.
— Пригляди за ребенком час-полтора… Может быть, два, — добавил я.
Аня тихо охнула.
Управляющий невозмутимо занял место Ани, принюхался ко всем чашкам, со смесью, взял одну из них и уверенно заявил:
— Это тебе понравится! — зачерпнул ложкой и заулюлюкал смешно: — Самолетик летит-летит-летит.
Оп… Прилетел!
Малышка смешно выпучила глазки, когда ложка оказалась у нее в ротике и начала чмокать.
— Пошли, — хрипло сказал я, потащив Аню за собой.
— Он… Он точно присмотрит?!
— Да. Хороший, надежный человек!
Горячая ладонь Ани в моей руке подрагивала, я чувствовал ее пульс и не мог объяснить причин своего дебильного поведения, кроме как недостатком секса. Вот сейчас сброшу напряжение с ней, и все встанет на свои места…
Мы быстро добрались до спальни, я толкнул Аню к кровати и взобрался сверху, метясь поцелуем в губы, отказавшие мне.
Но она снова отвернула лицо в сторону и толкнула в грудь:
— Стоп. Я люблю смотреть. Раздень…ся.
На «ты».
— Раздеться?
— Да…
— Поможешь?
— Но я люблю смотреть, — опустила вниз ресницы. — Очень люблю. Есть у меня такой фетиш…
— У меня тоже есть свой фетиш.
— Какой? — посмотрела на меня с огромным интересом. — Впрочем, не отвечай! Сначала покажи себя…
Аня откинулась на кровати и посмотрела на меня через полуопущенные ресницы.
Разожгла в крови похоть, мошенница! О, как я на ней отыграюсь за эти долбаные сутки…
Я встал и стянул кардиган.
— Медленнее! — выдохнула она.
— Что?
— Раздевайся помедленнее! — повторила.
— Может быть, еще и под музыку?
— Нет, просто двигайся как будто под музыку, — выдохнула. — А я ее услышу…
Что ж, так и быть! Я уже ничего не соображал, начал медленно двигать бедрами, вспомнил уроки латиноамериканских танцев. Я задвигал бедрами в ритме бачаты.
