Такие проблемы к черту, точно мне не нужны!
Но и приставания самого Эмина нужно притормозить… Обломать его!
Ситуация у него сложная в отношении малышки? Так пусть и обратит все свои силы и старания, чтобы как можно скорее решить этот проблемный момент. Не стоит усложнять свою жизнь и мою заодно! Поберегу-ка я свое сердечко…
Я улыбнулась Эмину и оглянулась по сторонам. Кругом не было никого, кроме нас. Потом я несмело подняла взгляд на мужчину, улыбнулась и снова опустила глаза вниз, задышала чаще, начав теребить пуговку на блузке и как бы нечаянно расстегнув ее.
Краем глаза я уловила, как Эмин мгновенно заметил это и приблизился ко мне плавным движением. Между нами почти не осталось свободного расстояния. Я облизнула губы. Он сделал еще один шаг. Теперь при каждом вздохе моя грудь касалась его груди, а наши бедра почти влипли друг в друга. Я каждой клеточкой кожи ощутила жар, который исходил от его мускулистого, пропорционально красивого тела, полного мужской силы и желания.
Я уронила взгляд на его ширинку, которая топорщилась крайне неприлично, бесстыдно намекая на взрослые желания.
О черт… Черт… Что я хотела? Кажется, проучить его, да? Но то, как он близко стоял, дурманило мой разум. Мне, напротив, захотелось, чтобы он проучил меня за все. За все случайности, прегрешения и нарочно сделанные ошибки. Проучил сладко и порочно, чуточку грязно. Оооох, какие нехорошие мысли закрутились у меня в голове, сколько в них было сладких и откровенно-бесстыжих моментов.
Я задрожала еще сильнее, а Эмин наклонился и уронил руки на талию, сжал пальцы, стиcнув меня до сладкой боли, отозвавшейся мурашками и теплом, разлившимся между бедер.
— Соблазняешь? — хрипло сказал он.
Его губы скользнули к моему ушку. Дорожка жаркого дыхания протянулась от скулы, до мочки, перебралась оттуда на шею.
Он неспешно начал целовать меня, все крепче вжимаясь бедрами, совершая ими плавные и едва заметные движения, вжимаясь на максимум, словно таранил меня.
— Прекратите, это просто неприлично! — ослабевшим голосом отозвалась я.
— Можно подумать, ты думала о чем-то приличном, проказница! — хриплым, севшим голосом отозвался Эмин.
Я закрыла глаза, собралась с мыслями. Меня сжимало желанием забыться обо всем и позволить себе немножко удовольствия. Или чуть больше, чем немножко, потому что разумные мысли таяли, растворялись без следа.
