Кажется, в это раз проигнорировала лифт и пошла пешком. Зачем? Наверное, момент объяснения с мамой оттягиваю. Так как и сама не знаю, что творится и что будет дальше.
— Как погуляли? — встречает на пороге улыбающаяся родная женщина. И тут же переводит взгляд на букет, удивленно выгибая бровку.
— Прекрасно, — понимаю, что она совсем не о том говорит. И передаю ей охапку пышных, благоухающих роз.
— Ты у меня умничка, — обнимает меня, целуя в щечку и принимая цветы. А я не выдерживаю накала накативших эмоций и, шмыгнув носом, прижимаюсь к маме.
Замираю в любимых руках родной и мудрой женщины, чувствуя острую необходимость выговориться.
— Ну, что ты, — гладит по спине. — Все позади. Ты справилась.
— С одним справилась, навалилось другое. Мама, — отстраняюсь и показываю колечко, которое сидит на пальце как влитое.
— Что это? — непонимающе разглядывает мою руку она, взяв за пальчики. — Цветы к кольцу, я так понимаю, прилагаются?
— Меня позвали замуж. И я согласилась, — говорю ей, а мама руку к груди прикладывает, да охает удивленно:
— Это шутка такая?
Я беру ее под руку и увожу на кухню, предлагая присесть, а сама ставлю букет в вазу и сажусь напротив мамы.
— Нет, мам, не шутка.
— Ну, я подозревала, что что-то подобное будет. Но не так быстро, — вздыхает она, поглядывая на колечко. — И кто он?
— Мам, только не ругайся…
— Не пугай меня, — хмурит брови, и на лбу появляются морщинки.
— Это мой начальник, я про него тебе рассказывала. Руслан, — выпаливаю, боясь ее реакции, прекрасно понимая, что эта новость для нее малоприятная.
— С ребенком, значит, — кладет перед собой руки на стол и сцепляет пальцы в замок. — Зачем тебе это нужно? Вот скажи мне, Лис? Зачем тебе взрослый мужик с прицепом в виде ребенка?
— Для начала, Роберта не прицеп, мам. Она чудесный ребенок. И не такая уж и большая разница у нас с Русланом, — пытаюсь урезонить ее обвинения, хоть выходит не сильно убедительно."
"— Я ничего не хочу слышать, — сказала, как отрезала, качая головой. — Даже не думай.
Это не обсуждается, — встала со стула и нервно принялась что-то убирать со стола, переставлять чашки. Лишь бы не сидеть на месте.
— Мам, ну, хоть ты меня не расстраивай. Я люблю их, понимаешь? — слезы непрошено покатились по щекам.
— Ты потом мне еще спасибо скажешь, что не допустила такого шага. Я тоже, наивная, верила, что люблю Воротынцева. Но деньги портят человека, и твой Руслан, я уверена, не подарок.
— Ма…
Но она молчит, убрав букет в прихожую.
