Брендон озадаченно вдыхает полной грудью и в упор смотрит на меня.
— Как ты это делаешь? — строго спрашивает он.
— Делаю что? — уточняю пересохшими губами.
— Скрываешь запахи. Вот почему мы так долго не могли тебя найти, — его лицо приобретает задумчивое выражение, но он почти сразу же трясет головой и продолжает, — Это сейчас не важно. Отдай моего сына. Я сам о нём позабочусь.
Чувствую, как предательская влага скапливается в моих глазах. Все эмоции, что пришлось пережить сегодняшним вечером, ищут выход. Ужас.
Шок. Страх. Осознание. Гнев. Они скатываются по моим щекам солёными дорожками слёз.
— Это только мой ребёнок, — кричу я, — Где ты, отец, был эти четыре года, что я растила его? Где был, когда он не спал ночами, а у меня отваливались руки, на которых я его качала? Где ты был, когда он делал свои первые шаги? Когда он плакал, разбив коленку? Когда первый раз влюбился в девочку?
— Арина, успокойся… — предупреждающе говорит шатен, — Не нужно злить альфу.
— А мне наплевать! Альфа, бета, хоть Папа Римский! Я сама воспитывала ребенка! Сама справлялась со всеми трудностями! Это мой малыш! Я люблю его, даже если он — оборотень! Уходите, — уже ничего не соображаю, только продолжаю судорожно прижимать к себе волчонка.
— Ты оставил его какой-то тётке, которая сбагрила мне его в тёмном лесу! А потом даже не искал его, не подавал заявления! Ты не можешь называть себя отцом!
Смотрю в серые глаза и замечаю, что они начинают стремительно желтеть. Моргаю, думая, что мне чудится, но наваждение не уходит.
Начинает меняется форма тела, быстро, практически неуловимо. И, через мгновенье, на меня уже скалится огромный чёрный волк. Его размеры поражают, мне кажется, что я спокойно могу на нём ездить, а моя небольшая квартира, по ощущениям, становится еще меньше. Да этот волчара может перекусить меня одним движением челюсти! У меня появляется смутное ощущение, что я где-то его уже видела.
Чувствую, что начинаю проваливаться в темноту, это слишком для меня. Всё что сейчас происходит — слишком сильное потрясение для моей психики.
На моих глазах, сначала мой ребёнок превратился в волчонка, а следом взрослый мужчина обернулся огромным лесным хищником. В реальности меня удерживает одна-единственная мысль, о том, что если я сейчас лишусь сознания, мужчины отберут моего сына. И неизвестно еще, что они с ним сделают. Переступаю на месте, глубоко дышу, трясу головой, стараясь не отключиться. Я должна спасти от них Николаса. Не позволю забрать его у меня.
