— Я не виноват, что много лет меня кормили лишь пресными овощами, — обиженно замечает кот, а я смягчаюсь, глядя на его поникшую физиономию. — А учить… Ты знаешь, где хранилище ведьм? Нам бы книг раздобыть, артефактов, я бы учил тебя энергию правильно направлять, силу развивать. Потенциал-то у тебя неплохой.
— Нет, — качаю головой, отбрасывая скатерть в цветочек, купленную вчера. — Говорят, что его координаты утеряны, но я видела во сне Рхону — последнюю ведьму, убитую инквизиторами. Она посоветовала использовать медальон при поиске места, но я не знаю каким образом это сделать.
— У тебя есть медальон? Дай посмотреть! — загораются оранжевым светом глаза Лапушки.
Протягиваю амулет, сняв его с шеи, только теперь понимаю, что всё это время Брендон не чувствовал мой запах, который так манит его, но всё равно вёл себя словно влюблённый мужчина. Неужели, он и правда со мной не только потому, что так ему приказал его внутренний волк?
— Недурно, — крутит в лапах кругляшок кот, а затем пробует на зуб. — Он и правда поможет нам.
Но ты знаешь, что внутри томится чья-то душа?
Сглатываю. До этого я только догадывалась, ведь Ави, надевая медальон на шею дочери, была уверена, что отец будет защищать её. Правда, я надеялась, что за столько лет, прошедших с того момента, Вилмот как-то сумел освободиться.
— Там душа мага, мужа одной из ведьм, моей прародительницы. Я бы хотела подарить ему свободу, но пока не знаю, как осуществить желаемое.
— Ритуал следует провести для освобождения души, но я не знаю его, позабыл за ненадобность.
Для этого нам и нужно найти хранилище. Сегодня я уже устал, но завтра, на рассвете, готовься отправиться в путь.
— Ты знаешь, куда идти?
— Нет, но я накоплю достаточно энергии, чтобы почувствовать, если эта обворожительная волчица накормит меня сегодня еще пару раз так же вкусно и сытно.
— Обжора, — бурчу себе под нос.
— Извини, но ты меня утомила. Оставь мне этот очаровательный медальон, я выйду на связь с душой, что заперта там и попробую что-то узнать. А теперь иди, я хочу остаться один, подумать о вечном и прекрасном.
Качаю головой, вот уж точно говорят, что наглость — второе счастье. Меня выгнал мой собственный помощник из моей же спальни. Перебираю свёртки, выискивая те, что с одеждой для меня, игрушками и книгами для сына, складываю их обратно в сумку и выхожу из комнаты, рассчитывая всё же найти место, где можно будет разобрать мои покупки.
— Арина, я могу с тобой поговорить? — заглядывает в детскую, где я разместилась, Алекс.
