Глаза закрыты и от них идут лучиками морщинки, видно, как зрачки бегают или просто поднимаются вверх, словно он их закатывает.
Лицо расслабленным кажется, но желваки все шевелятся, открывая его чувства мне.
Тяну свою руку и дотрагиваюсь колючей бороды. Меня сводит с ума седина, что теряется в темной густой поросли.
Далер замирает, а я двигаюсь дальше. Обрисовываю мужскую челюсть. Все дальше, к уху. Трогаю мочку и глажу шею.
Слышу, как он тяжело дышит, а на бедрах мужские пальцы сильней впиваются в кожу.
Рассматриваю немного смуглую кожу, я на его контрасте просто Белоснежка, и кажется мне нравится этот факт.
Мужские губы приоткрываются, и я тянусь к ним сама, но меня за пальцы на ногах трогают маленькие ладошки и томное молчание прерывает детский писк.
Улыбаюсь, обернувшись вижу, что Рамиль схватился за мою лодыжку и стоит.
– Смотри, – шепчу Далеру, и он открывает глаза.
– Держи его, – вдруг резковато произносит."
"– Он умеет сам. А если и плюхнется, то на попу.
– А я сказал держи, – обхватывает мою талию, и наклоняется вперед, взяв за ручку своего сына и тем самым вплотную прилегая ко мне всем телом.
Улыбаюсь, потому что мне нравится его забота о ребенке. То, как он готов рвать всех вокруг.
Рамиль стоит, облокачиваясь животиком к дивану и в итоге ложится на него приподнимая коленку, пытаясь забраться.
– Иди сюда, сорванец, – хмыкает весело мужчина и поднимает его, усаживает, между нами, к слову, я по-прежнему на своем месте.
Далер возвращает убранную руку на мою поясницу, и я отчего-то замираю вот так.
Зависаю в мгновении.
Халилов неотрывно смотрит на меня, будто мы думаем об одном и том же. Уголки моих губ дрожат, но я так и не успеваю улыбнуться, потому что у Далера звонит мобильный и он\а аккуратно, убирает сначала Рамиля с себя на диван, а затем туда же и меня.
– Ян?
Он встает и меряет шагами комнату, разговаривая с братом. Малыш ползет на мои колени. Ставлю его на ножки, аккуратно придерживаю, и он тут же принимается щипать мое лицо, что я пищу от того, как он царапает кожу.
Ощущаю на себе взгляд и улыбаясь малышу поднимаю глаза и сталкиваюсь с мужским черным, колким, но таким волнующим.
Далер стоит, засунув одну руку в карман классических брюк, а темная рубашка красиво облегает стройное мужское тело. Верхние пуговицы небрежно расстегнуты, и на массивной шее виднеется несколько цепочек.
Рамиль пищит, как и я до этого хлопая меня по щекам, возвращаю ему свое внимание.
– Позже я сказал. Все давай.
