Он засмотрелся на мой пока еще плоский живот, который я прикрыла руками в защитном жесте интуитивно, а после заговорил, чуть более резко.
– Ты такая же наследница, Даша. И ты для него помеха. А еще представь сколько тех, кто просто хочет полакомиться чужим добром, отобрать кусок этого района себе. Стать правителем. Поверь их много.
– Но мне не нужна эта грязь. Пусть с сестрой разбирается, она то уж точно станет пытаться отобрать у него часть земли.
– Какая им всем разница. Для них ты мелкая девчонка, которая ни на что неспособна.
– Значит, если он придет я ему это так и скажу. А те, кто видит во мне слабую девчонку, должны увидеть, что я не одна. Так ведь?
Смотрю выжидательно, намекая на мою защиту.
– Тебе нужно подумать об условиях в письме, – после паузы все же произносит он, а меня накрывает разочарование и беззащитность сначала, а потом злость и лютая ярость.
– Что?
– Ты не понимаешь, Даша. Они будут рыть землю носом только бы тебя найти. Ты должна пойти на это, ради детей и самой себя.
Далер никогда бы не хотел, чтобы с вами что-то случилось.
– А разве у меня нет друзей? Тех, кто бок-обок был с моим мужем? Тех, кому он меня доверял каждый день? Нет? И мне казалось, что у тебя был брат, который пошел бы и отдал за жену брата и его детей свою жизнь, жаль у Далера нет такого. Или я не так поняла тебя Ян?
– Даша…
– Как ты смеешь мне такое предлагать? КАК. ТЫ. СМЕЕШЬ? Выйти замуж за кого-то? Я сейчас очень хочу вмазать тебе в лицо кулаком.
– Тогда ты можешь выйти за меня.
Резко замахиваюсь и бью ему пощечину.
– Если еще раз предложишь мне такое, я тебя убью, Ян.
Гена меня внезапно перехватывает, но так чтобы не надавить на живот и ведет к машине.
Сажусь, сотрясаясь от злости и смотрю сквозь тонированные стекла на брата Далера и понимаю, что он не остановится.
Гена молчал всю дорогу, а я вдруг вспомнила день похорон.
Зашла в комнату и упала на постель.
Перед глазами то и дело вставала картинка кладбища, гроба и части лица, которую я видела.
– Я так соскучилась по тебе, родной мой, – закрыла глаза и отпустила себя, заливаясь слезами.
Глава 40
Утро следующего дня не задалось сразу же. Токсикоз мучал ужасно сильно, что даже покушать нормально не смогла, а еще у сына поднялась температура и небольшой кашель.
Пыталась сбить, но она вновь поднялась.
– Гена, Мурад, поехали в больницу, – вошла в гостиную, где как раз расположились мужчины. – У Рамиля температура, а у меня тут мало что имеется.
