– Нет, не издеваюсь, – докармливаю Рамиля и даю ему бутылочку. – Я педиатр. И меня притащили сюда так же, как и тебя некоторое время назад.
– И ты вот так просто теперь с этим… не знаю, мужиком?
– Да. Меня здесь ни разу не обидели, не прикоснулись против воли, – не считая конечно момента в бассейне, но там все закончилось удачно. – Принцев не существует. И лучше тебе об этом узнать, как можно раньше. Слово «мужчина» носит в себе разные понятия. Какие из них тебе подходят, твое дело.
Замолкаем ненадолго. Пока я нам накрываю на стол.
– Значит ты делаешь тату? – решаю сменить тему.
– Ага, – я изумленно выгибаю бровь, потому что эта девчонка ну никак не тянет по ассоциациям на ту, что занимается подобным «искусством». – Знаю, знаю. Не похожа. Но да. Мне нравится. А ты что, решила сделать? В смысле это о тебе значит речь шла?
– Ну, думаю да. Хочу набить под левой грудью скорпиона.
– Черт, это же одно из самых больных мест.
– Да? А если над грудью?
– Обезбол в любом случае нужен будет. Я так понимаю, мы о чем-то маленьком говорим?
– Да, – улыбаюсь заранее, представляя лицо Далера.
– А у тебя все с собой?
– Этот бугай меня сначала притащил в мастерскую, сказал забрать что надо, а потом сюда.
– Прости, что он так. Я не думала, что он говорит о девушке, которую выкрал. Думала, что просто о мастере тату.
– Угу.
– А это долго?
– Сейчас подготовлю все, а там полчаса хватит на все.
– Быстро.
– И лучше без перерывов.
– Эм, ладно.
Доедаем завтрак, и я отношу Рамиля Надежде Степановне, а сама ступаю в свою спальню, куда отправила Лену.
Девушка о всю оборудовала себе место и сидела рисовала.
– Так, эскиз готов, как ты и просила.
Смотрю на листок, где нарисован маленький скорпион в стойке, готовый ужалить.
– Красиво.
– Ну давай раздевайся.
Снимаю футболку и тут в комнату влетает Далер. Прикрываюсь резко, ничего не понимая.
– Ты что тут делаешь?
Он смотрит на всю комнату разом, девушка пугается и вскочив прячется за меня, а сзади пытается войти Гена.
– Выйди, – командует Далер ему, потому что я почти раздета, – и ее забери.
Указывает на Лену, которая боится пошевелиться.
– Иди, он тебя не тронет.
– Я боюсь, – шепчет мне она.
– Я серьезно. Иди. Все хорошо.
По кругу обходит этого медведя, который пыхтит как паровоз и дверь захлопывается.
Смотрю в глаза хищнику и начинаю натягивать футболку на себя.
– Ты уже освободился? – непринужденно спрашиваю его, медленно приближаясь.
– Даша, – цедит сквозь зубы и сжимает кулаки.
