— К этой ошибке?
Зрители смотрели глазами Энни и потому не могли пропустить поволоку слез, застившую взор девочки.
Как не пропустили и первый удар, уронивший драконочку на снег. Больше, кроме янтарно-зеленой чешуи и крови, они не увидели ничего: малышка закуталась в крылья и не раскрывала их до тех пор, пока ее не столкнули в расщелину.
— Там тебе самое место, твой несчастный отец еще спасибо скажет.
Энни смотрела на свои крылья, и ее отец, истинно несчастный в эту секунду, и иные зрители могли «насладиться» зрелищем растерзанных крыльев и крови, что крупными каплями пятнала снег.
Воспоминания закончились, и зеркало вновь отразило Аргастиса и его сестру.
— Итак, в какой форме ты хочешь получить мою благодарность? — Харелт даже не пытался сдержать ярость.
— Мы принесем свои искренние извинения, — хрипло проговорил Хранитель Запада.
— Этого недостаточно, — жестко произнес Фойртелерн. — Артефакт истинного пути привел твоего племянника к моей дочери — это значит, что он может стать ее парой.
У дракониц, по счастью, может быть несколько подходящих партнеров.
— Харелт…
— Я хочу, чтобы ты поклялся провести церемонию отречения Искры для своего племянника, — холодно и спокойно произнес Хранитель Севера. — Завтра мы будем в главном храме, где жрецы проверят, является ли моя дочь парой для твоего племянника. И если да — ты лично уничтожишь его Искру.
— Мы заплатим столько, сколько…
— Боль моего ребенка не измеряется ни в золоте, ни в драгоценных камнях, — с легким отвращением произнес Харелт.
— Также, вне зависимости от того, что произойдет в храме, торговые отношения между Западом и Севером приостановлены на десять лет."
"— Мы не выживем без ваших накопителей! — Аргастис подался вперед. — Ты с ума сошел?
— Закупишь необходимое через восточников, — пожал плечами Фойртелерн, — какая мне разница? Твой племянник позволил себе напасть на мою дочь — разве это не твое упущение?
— Он признал долг перед человеческой девицей, что даже Искру в себе удержать не смогла, — тихо проговорила бледная до зелени драконица.
— Собирает вокруг себя калек…
— Завтра, Аргастис, — Харелт выразительно улыбнулся, — иначе меж нами будет дуэль.
Повелительно взмахнув рукой, Фойртелерн погасил зеркало и, поднимаясь из кресла, усмехнулся: храбрая человеческая малышка научила большого и грозного дракона защищать семью.
«Надо чем-то порадовать юную Фредерику. Ее глаза так сияют, когда она счастлива», — пронеслось в голове у дракона.
