Но правда в том, что мне хочется отдохнуть и оказаться в спокойном месте, где не нужно цепляться изо всех сил за свою сумочку, кошелек и честь, откровенно говоря.
Странно только то, что безопасным место я почему-то считаю квартиру наглеца, лгуна и состоятельного мужчины, который ведет себя так, словно ему нечего терять.
– Не захочешь – ничего не будет, – добавляет Ратмир.
Эти простые слова окончательно склонили чашу весов в его сторону.
Я молча закрываю дверь со своей стороны.
– Правильный выбор. Ты не пожалеешь, – улыбается одними глазами Ратмир, обводит меня взглядом, который стекает по телу, как подогретое масло для массажа.
– Какую кухню предпочитаешь? – спрашивает. – Поужинаем?
– Что? Я думала, ты останешься ночевать в другом месте?
– Обижаешь, я свою хату люблю. Самое лучшее тебе предоставил. Не бойся, там спален много. В моей окажешься только в двух случаях.
– И какие же они? – спрашиваю якобы ровно, но сердце пробивает гулкой, частой дробью.
– Вариант один – ты решила продолжить наше обучение.
Вариант два – ты перепутала спальни. Случайно… – хмыкает, показывая, что он на самом деле думает о таком варианте.
– Думаешь, я захочу перепутать?
– Думаю, да. Я же ас, все дела, а тебя плавит от того, как я к тебе прикасаюсь, – мягко, но решительно опускает ладонь на мое колено. – Лучшего учителя тебе не найти!
– Это почему же?
– Не всех мужчин интересует, насколько хорошо его партнерше. Откровенно, для многих главное – выдолбить то, чего хочется.
– А ты, значит, другой? Никого не долбишь?
Боже, как стыдно, что я подобное обсуждаю! Мне кажется, лицо горит костром до самых небес, но Ратмир не делает мне замечаний и не шутит по этому поводу.
– Долблю, – соглашается легко. – Но с чувством, с толком, с расстановкой.
– Классиков сюда не приплетай.
– А ты бы с какой позы начала? С классической?
– Ни с какой?
– Чисто гипотетически, ну? По-приятельски…
– Чисто гипотетически?
– Да. Как бы ты хотела? Жги!
– Нет, постой. Я для себя кое-что хочу понять.
Ты говоришь, что удовольствие женщины для тебя многое значит. Дамский угодник, что ли? – спрашиваю.
– Что?! – Ратмир оскорбленно смотрит в мою сторону. – Кем-кем ты меня назвала?
Я начинаю смеяться, сначала прикрывая ладонью выскальзывающую улыбку, а потом хихикаю в голос, вытирая набежавшие слезы.
– Видел бы ты свое лицо! У тебя есть салфетки?
– В бардачке, – отвечает скупо, полыхая негодованием.
Бардачок открывается плавно после легкого нажатия.
