"
"В себя прихожу только от того, как губы Ратмира всаживаются в кожу шеи жестче, рваное дыхание слишком частое и жаркое, взрывающееся. Громкий стон прокатывается по позвоночнику, неосознанно выгибаюсь и чувствую, как по коже ягодиц спускается что-то теплое, вязкое, струится между полушариями. Ратмир припадает к моей спине мощной грудью, гладит, разнося влагу по заднице.
До меня спустя несколько мгновений доходит, что именно он сделал, что потекло по попе.
Доходит лишь, когда он натягивает на меня трусы вместе с колготами и отпускает.
Повернувшись через плечо, замечаю, как он подтягивает вверх трусы и застегивает ширинку на брюках.
– Ты… Ты что сделал? – краснею, пытаюсь снять одежду, потому что под ней немного липко.
– Обстрелял немного, а мог бы вставить! – обрывает и дергает на мне юбку вниз, расправляя.
Он взбудоражен, но улыбается игриво, темные глаза поблескивают.
– А теперь бери шмотки и поехали! – приказывает. – Что-то же ты хотела взять отсюда? Ноут. Шмотки можешь не брать, куплю. Но ноут возьми, – разрешает с видом царя, помиловавшего крепостных.
– Я никуда с тобой не пойду.
В ответ он разворачивается и входит в другую комнату, шныряет изучающим взглядом по столу, по полкам шкафа. Всюду!
– Это твой ноут? – хватает со стола вишневый лэптоп.
– Нет! Не мой же…
– Серенький, значит твой! – хамски выдергивает зарядное устройство из розетки и сует ноутбук подмышку. – Выходим!
– Я…
– Куплю тебе трусы, не переживай! – обхватив за ладонь, тащит на выход.
– Ратмир… Остановись!
Резко обернувшись, выдает мне в лицо с тихой злостью и гневом, который только разгорается и набирает обороты с каждой секундой:
– Тебя чуть не порезали.
Это, млин, опасно для жизни.
– Я справлюсь, – говорю так, словно хочу убедить себя.
– Прислали одного, значит, появятся и другие.
– Это просто напоминание, чтобы я больше не опаздывала с выплатой по долгам, – говорю и сама себе не верю.
Слова звучат жалко и неуверенно, голос дрожит, срываясь на высокие интонации.
– Просто напоминание? – ухмыляется.
– Нет, дурочка, – качает головой. – Сколько раз тебе уже напоминали?
– Первый раз.
Ратмир вздыхает и смотрит на меня, как на раскапризничавшегося ребенка:
– Дурной знак. Если разговор начинается с ножа, ничем хорошим это не кончится. Почуяв кровь, набросятся толпой.
Слова Ратмира прокатываются по нутру как стылый мороз, от которого заиндевели голосовые связки.
– Что ты имеешь в виду?
– Не знаю, чем ты провинилась, но явно связалась с отморозками.
