Нарочно не брился, зарос, злой, как черт! Огрызается… Бешеная псина и то более благодарно себя ведет.
– Воу, тормози, разогнался! Неужели дядька Ильяс так раскочегарился? – уточняет.
– Еще как, – подтверждаю мрачно. – Даже мама сказала, что лезть не станет в это, а она всегда за меня горой стояла.
– Плохи твои дела! Зол на Тимура?
– Сука неблагодарная. Без меня гнил бы дальше в тюряге, своими силами бы не выбрался. Залупился со слишком важными людьми!
– А давай мы его навестим? – предлагает Амир. – Есть один момент, который мигом с него спесь собьет.
Напомню ему кое о чем?
Не успеваю ни возразить, ни согласиться.
Все реакции отмирают. На горизонте появляется Лиля и идет прямиком к моей машине. Я мигом перестаю слышать, о чем балагурит Амир, киваю и соглашаюсь.
– Заметано.
– Да?
– Не вопрос вообще!
Сам не догоняю, на что согласился.
– Тогда как только Тианке станет чуть легче, рвану в столицу, – обещает. – Скоро. Навестим Тимура…
– Да-да, – сбрасываю.
Лиля застывает у капота, смотрит на меня через лобовое, а я, опершись двумя локтями о руль, смотрю на нее.
В упор. По кровотоку разносится адреналин с предвкушением. Похоть гулкими толчками приливает всюду. Неразумно это. Нелогично. Когда меня такая реакция парила? Не замечал даже… Ну есть и есть, качнется стрелка на симпатичный орех, что здесь такого?
Но моя реакция на эту училку парит до одурения, дурманит мозг и притупляет реакции. Пытаюсь разложить мозаику, отсортировать лишние. По фактам смотрю: рост – метр с кепкой, фигурка стройная, но опять же – ничего особенного.
Ни титек сногсшибательных, ни задницы хорошенько прокачанной. Лицо маленькое, острое, носик вздернутый вверх.
Она на меня смотрит и дышит часто, взволнованно. Вижу даже, как крылья ее носа трепещут быстро.
Ну, не красотка, факт, не красотка…
Со мной на близкий разговор набивается Айбика Байсарова, отец – Борз Байсаров, очень крупный бизнесмен, приятель моего отца. Вот там глазам есть, где отдохнуть и на чем остановиться – у Айбики тело, как алтарь для подношений богу секса.
Но почему-то рядом с Айбикой, даже облизывающей мою шею и прижимающейся роскошной грудью, меня так не мурашит, как от этой мелкой училки.
Млин, знаю, что, даже раздев ее, ничего особенного не обнаружу! Но при мысли о ее маленьком дерзком теле кроет удушливой волной.
Она кивает мне, медленно огибает машину... С трудом сдерживаю пламенеющее дыхание, когда Лиля садится в машину и щелкает ремнем безопасности.
