Все хорошо, Эля. Это все из-за беременности. Я такая плаксивая, ты даже представить себе не можешь. Могу даже над печеньем реветь! – вытираю слезы.
* * *Обустроившись на съемной квартире, я много времени провожу в компании Эли. Мы разговариваем, вспоминаем те немногие крохи хорошего, что были в нашем прошлом. Она много рассказывает о сынишке. Оказывается, Ильнур потрясающе хорошо рисует. У него самый настоящий талант. Мне еще больше хочется, чтобы он встал на ноги, вылечился и жил полноценной жизнью. Сейчас меня окружают хорошие, душевные люди, и мне хочется, чтобы Ратмир тоже их узнал.
Не всем дано родиться в такой хорошей семье, как у него. Родителей, как и семью, не выбирают.
Чем больше я думаю о нас, тем сильнее испытываю желание все рассказать Ратмиру. Может быть, эмоции уже улеглись? Я же не изменяла ему, не была с другими, о семье умолчала из панического страха, который душил меня на протяжении долгих восьми лет.
Неужели он не поймет? Когда мне было сложно ему поверить, я изо всех сил старалась…
От эмоционального подъема меня потряхивает, живот начинает крутить.
Я ложусь на диван, но прежде снимаю телефон с зарядки, чтобы позвонить. Подношу его к уху, набрав номер телефона Ратмира.
Лилия
Идут гудки…
Сверху-вниз по телу струится горячая волна облегчения, что его телефон хотя бы включен и в зоне доступа.
– Да.
Короткое и решительное обращение.
Его голос – знакомый, желанный, родной. От звука голоса Ратмира в глубине тела начинает тренькать и вибрировать. Это шевеления нашего ребенка, нашей доченьки… Впервые такие отчетливые и яркие, запоминающиеся.
Я замираю и дрожу от наплыва эмоций.
– Лиля? Ты там?
– Да. Наша дочь шевелится. Прямо сейчас крутится…
В ответ он выдыхает мучительно и протяжно.
– Ратмир? – шепчу едва слышно. – Мы можем поговорить?
– Я в дороге, Лиль. Но да, – делает паузы. – Если хочешь. Мы можем поговорить.
– Прости, что молчала. Я должна была рассказать. Просто боялась.
– Чего? Бля… Не понимаю я тебя. Просто не понимаю.
– Твои родители торговали девочками и наркотой?
– Бля… Что? – удивляется.
– Что… Нет. Нет же! Откуда ты взяла эти слухи?
– Ратмир, твои в таком не замечены, а мои – да."
"Снова возникает гнетущая тишина. Я начинаю бояться, что Ратмир больше вообще не захочет меня слушать, поэтому выдаю самое гнусное, выпаливаю быстро.
– После смерти родителей клубами с девочками и наркотой занялся старший брат. Родной старший брат быстро подсел на дурь и превратил наш дом в притон дружков-наркоманов и шлюх.
