Он научил Андрея тому, чему она, будучи девушкой, научить не могла бы."
"—Уха будет замечательная, — Витя присел рядом с Аней, поглядывая на нее украдкой, словно каждый взгляд крал у самого себя.
—Мне все не верится, что ты так хорошо умеешь ее готовить, что даже мой сын с радостью ее ест, — Аня изогнула бровь и посмотрела на друга с белой завистью. Мужчина, несмотря на офисную работу, много времени бывал на природе, а потому навыков приготовления в диких условиях у него в разы больше. И это пресловутая уха получалась по-особенному вкусной, как никогда и ни у кого.
—А ты поверь, — хмуро ответил Витя, перебирая в руках леску. В голосе сквозила канва мимолетной обиды, едва успевшей прошмыгнуть за, казалось бы, обычными словами.
Почему-то сейчас у Ани складывалось ощущение, что речь шла далеко не об ухе, совсем не о ней. Пока Андрей закинул удочку в воду и терпеливо всматривался в воду, Аня попыталась придать лицу нейтральное выражение и вновь погрузиться в чтение. Но Витя решил продолжить, и от этого у девушки замерло все внутри.
—Поверь в то, что бывают другие мужчины, Ань, и дай себе шанс, мне, нам. В конце концов, ничто не мешает тебе двинуть мне сковородкой, если я оступлюсь и сделаю что-то не так, — он посмотрел на нее печально, а затем моргнул пару раз и вновь вернулся в свое веселое состояние.
Девушка замкнулась в себе, не решилась посмотреть Вите в глаза. Плечи моментально опустились, словно на них водрузили тяжелый груз. Она все понимала, но так и не нашлась с ответом, а Витя был слишком воспитанным, чтобы требовать от девушки отклика.
Больше на эту тему они не говорили, зато спустя час, когда все страсти и бури поутихли, с лихвой восполнили другими разговорами, шутками, играми в монополию. Отобедали вкуснейшей в мире ухой и наслаждались легким ветерком с ароматом трав, едва касающегося носа, но погружающего в такую необходимую атмосферу покоя.
Несмелой поступью нагрянул вечер, и прекрасный день на природе подошел к концу.
Все было просто замечательно, Андрей уснул на руках у Ани прямо в машине, а ребята слушали приглушенную музыку. Вокруг сгущались сумерки, первые огоньки приближающегося города маячили впереди.
—Тебе понравилось? —Витя тихо спросил у Ани, а затем посмотрел в зеркало заднего вида, выискивая глаза Ветровой, ведь они никогда не врут. Девушка сжимала в нежных объятиях своего сына и так же тихо прошептала:
—Спасибо, что развеял тучи над головой.
—Не благодари.
