Заставляя полыхать от странных чувств, задавить которые не вышло.
Это все было неправильно, но Аня погрузилась в водоворот неправильного сильно плотно, подсев на чувство счастья. Пусть оно было только сейчас. Но сидя с сыном и Ником на кухне, он ела едва ли не самое вкусное мороженое в своей жизни. Слаще не было никогда, вкуснее она точно не знала, а компании лучше не придумать. Ее взгляд скользил от сына к Варшавскому, снова и снова замечая общие черты. Порой сердце замирало, чтобы спустя пару мгновений сорваться в бешеный скач.
Мягким и невесомым перышком ее лица касался внимательный взгляд Ника, и Ветрова снова ловила себя на мысли, что ждет этого взгляда.
Желает его.
Абсолютно ненормальная реакция, справиться с которой у нее не получалось, да и бороться с ней девушка уже не хотела.
—Дядь Коля, а ты научишь меня ездить на машине? Так же как и ты?
—Андрюш, ты еще маленький.
Ветрова обожала любознательность сына, но порой его желание выходили за рамки разумных вещей. И почему он не просил ее научить ездить?
—Кто тут маленький? Научу.
Мы поедем с тобой в поле, и там ты станешь у меня Шумахером.
Затаив дыхание, Аня негодующе посмотрела на Ника. А тот лишь подмигнул, посылая какие-то странные успокоительные импульсы, отчего Аня перестала нервничать и волноваться. Вот как у него получалось это? Как? И так ведь было всегда, с самого начала.
Андрей очень быстро начал клевать носом, устав после такого активного дня, и ник вызвался отправить его спать.
—Нам надо по-мужски поговорить перед сном, —Варшавский мягко намекнул Ане, чтобы она не мешала мужчинам.
—Спокойной ночи, мужчина, — поцеловав сына в лоб, Аня пошла мыть посуду. Но что-то так и подмывало пойти следом. О чем они шушукались? Нет, ревности у Ветровой не было, но вот любопытство просто распирало ее на части.
Вытерпев ровно пять минут, девушка не выдержала и пошла к комнате сына. Она не заглядывала внутрь, но расслышала слова, от которых душа содрогнулась, а на глаза навернулись слезы.
— Дядя Коля, а ты меня не обманывал, когда сказала, что будешь моим папой? А можно я теперь всем буду говорить, что ты мой папа?
Прикрыв рот рукой, Ветрова заставила себя успокоиться и дышать носом. Это был слишком долгий день.
— Можно, Андрюш, и даже нужно.
Глава 25
Андрей, еще долго не мог уснуть, его переполняли эмоции, Ник все это время находился в комнате сына, а Аня стояла рядом с дверью, не решаясь войти. Девушку переполняли противоречивые чувства.
