Нет, это текила виновата, однозначно. У него. Впервые. В жизни. Не встал. По-крайней мере, сразу. В общем, когда дело дошло уже до трусов, Макс едва успел отстраниться от шаловливых рук. Потому что сообразил вовремя, блин. Что трогать там нечего. Там все спит! Несмотря на страстные поцелуи и вполне годное женское тело рядом. Обычно к тому моменту, когда дело доходило до снятия белья, содержимое этого белья уже вовсю намекало, что рвется в бой. Но не в этот раз.
Пришлось фиксировать Юленьке ручки якобы в порыве страсти и срочно соображать, чего б такого представить похабного, чтобы исправить положение.
А вместо порнухи он вспомнил плечо с татуировкой в виде совы. Абсолютно голое до самой шеи плечо, а, значит, бюстгальтера на Кире в тот день не было. Только она, без всего, под этой смешной футболкой с Гомером Симпсоном. Макс представил, как медленно задирает эту майку на ней, как другой рукой сжимает гладкое загорелое бедро у самой границы возмутительно коротких шорт и… Ну наконец-то!
Но под закрытыми веками он по-прежнему видел это плечо с татуировкой совы.
Именно из-за него он, в конце концов, смог кончить. Именно из-за него собрался и ушел, после пары невнятных извинений. Именно из-за этого плеча он стоял сейчас перед разведенным Благовещенским, чьи поднятые пролеты словно укоряли его. Говоря о том, что все он сегодня сделал неправильно.
Макс вздохнул. Варианта два. Или больше часа ждать промежуточной сводки Благовещенского. Или… Макс достал телефон. Из клуба Драгин уехал с какой-то блондинкой.
Остается надеяться, что Костя уже отстрелялся. Не куковать же Максу час на улице?
— Макс, ты охренел?!
— Ты дома?
— Дома! Сплю, между прочим. Эй… Что-то случилось?
— Скоро буду у тебя.
Отбой. Оглянулся на воздетые в немом укоре ладони Благовещенского моста. Мосты разведены. Разведены мосты. И что хочешь, то и делай.
Объект восьмой: Приморский проспект
— Я реву…
— А я не реву.
— Вот и не реви.
— Здравствуй, мой пушистик. Да, это я, твой сладкий зайчик, — Костя рассмеялся, а Максу захотелось надеть наушники.
Воркование Драгина с его многочисленными «пушистиками», «лапулями» и «красотками» жутко раздражало. В последнее время Макса вообще раздражало все, а больше прочего Боря Зеленский — их ГИП. Удавить бы гада — да уж больно специалист хороший. Между тем, Костян продолжал довольным тоном: — Я привез тебе роскошный подарок из Мадрида, детка. Да, мне тоже очень жаль, что у тебя не получилось.
