― Спасибо, Геля! ― подвыпившим голосом сказал он, взял из ее руки папку с бумагами, их пальцы на секунду соприкоснулись и этого Геле хватило, чтобы вызвать внизу живота приятное волнение.
Она так и не поняла, что ей больше понравилось: соприкосновение рук или то, что он назвал ее по имени.
Пока Горячев изучал документы, Геля невольно взглянула на его крепкий торс, обтянутый тонкой белой футболкой, затем задержала взгляд на треугольном вырезе из-под которого виднелась прокачанная грудь, и еще раз убедилась насколько хорошо он сложен.
― Мне понадобится минут десять, ― посмотрел он из-под черных бровей на Гелю и приглашающе кивнул в комнату. ― Проходи в гостиную.
Идя по коридору, он недовольно вздохнул, как будто эти документы свалились на его голову очень невовремя и захлопнул за собой дверь в дальнюю комнату.
Геля еще после телефонного разговора подозревала, что босс был не в духе, а теперь убедилась в этом на сто процентов.
«Ну, ничего, завтра поедет в отпуск и отдохнет», ― подумала о нем с заботой и, сев на диван в просторной гостиной, чиркнула взглядом по комнате.
Несколько минут она оценивала дорогую мебель, навороченную технику, затем заметила на журнальном столике тарелку с дольками лимона, открытую бутылку виски и наполненный стакан, а через секунду вздрогнула от громкого голоса из коридора.
― Твою мать, Михалыч! Ну почему все надо решать именно сейчас? Мы же договорились отложить этот вопрос на пару недель. Ты можешь не грузить меня сегодня?! ― заплетающимся языком говорил Горячев.
― У меня сделка сорвалась, башка болит, а тут ты еще со своими проектами.
Войдя в комнату, он подал Геле папку и устало проговорил в трубку:
― Все, я отключаюсь до завтра. Звони только если что-то очень-очень срочное.
Убрав мобильник в карман спортивных брюк, подошел к журнальному столу, залпом выпил содержимое стакана и с грохотом поставил его на стеклянную столешницу.
― Я могу ехать? ― встав с дивана, робко спросила Геля.
― Можешь, ― не оборачиваясь, бросил он.
― Хорошего отпуска! ― улыбнулась она и вышла из комнаты.
Пока шла по коридору, услышала, как стакан снова звякнул о столешницу, потом раздались шаги и в следующую секунду Геля застыла на пороге, услышав грохот.
Обернувшись, увидела, как из гостиной в коридор выкатилась ваза и, почувствовав, что-то плохое, поторопилась обратно.
― Черт! ― сидя на полу и держась за голову, ругнулся Горячев. ― Аж в глазах потемнело…
― Кирилл Олегович, ― подсела к нему Геля. ― Вам плохо? Давайте я вызову скорую.
