― Это хорошо! ― расплылся в улыбке Гагик и, скрестив на груди руки, прищурился: ― Что ты выберешь: горы или море?
― Однозначно горы! ― не думая, ответила Милана и рассказала о том, как пару лет назад поднялась на Эльбрус."
"Разговором с Миланой Гагик явно остался очень доволен, чего не скажешь о беседе с бунтаркой. Он не продержался рядом с ней и минуты, а когда она ушла, то, не скрывая неприязни, скривил лицо, словно съел дольку лимона.
Следующей в комнату вошла Кира.
― Привет! ― широко улыбнулась она и, сев в кресло, обратилась к кому-то из съемочной группы.
― Можно же не притворяться, что мы незнакомы, верно?
― Можно, да, ― раздался голос за кадром.
― А, ну тогда отлично.
Кира положила ногу на ногу и устремила все свое внимание на Гагика.
― Рада видеть тебя, ― мило улыбнулась и, заправив за ухо прядь волос, прерывисто вздохнула, словно приготовилась к пытливым вопросам.
И, видимо, не зря…
Ей Гагик решил не задавать стандартный вопрос про горы и море, а сразу пустил в ход тяжелую артиллерию.
― Кир, вот скажи мне, как ты считаешь, что лучше, ― пристально смотрел на нее друг, ― с милым, но в шалаше, или с немилым, но в Париже да на «Порше»?
― Странный вопрос, ― усмехнулась Кира и пожала плечами. ― Первое, разумеется.
― То есть чувства для тебя в приоритете, верно?
― Верно.
― А как же деньги, модная одежда, путешествия? Ты сможешь прожить без этого?
― Да запросто! ― посмеялась Кира.
― Тогда давай представим, что Кирилл потерял свой бизнес, свой статус, ему пришлось продать все, что он имел, снять комнату за МКАДом и пересесть на велосипед, в таком случае ты все равно останешься с ним, я правильно понимаю?
― Ты все правильно понимаешь, а вот я, если честно, не могу понять, к чему ты задаешь мне такие вопросы?
Гагик повернул голову к плечу и обратился к съемочной группе.
― Здесь ни для кого не секрет, что произошло между ними в студенческие годы?
― Секрет! ― впилась в него взглядом Кира. ― Это наше личное дело, и если Кирилл захочет рассказать о нем на всю страну, то обязательно сделает это без твоей помощи, ― прошипела она.
― А еще я хочу, чтобы ты, дорогой Гагик, знал, что люди способны признавать свои ошибки и меняться. Да, я не скрываю, что виновата перед ним, и уже сотню раз попросила прощение. И я очень надеюсь, что совсем скоро он убедится, что я уже совсем не та, какой была раньше.
Кира утерла рукавом платья красные глаза и шмыгнула носом.
― Вырежьте это, пожалуйста.
