— Разве все упомнишь?
— Верно, все не запомнишь, — согласился Нил. — Однако число книг, отпечатанных на бенгали, пока не превышает пары сотен, и некогда я гордился тем, что владею ими всеми. Вот что меня заботит: неужто какую-то я пропустил?
— Упомянутая книга еще не издана, — быстро нашлась Полетт. — Это перевод с французского.
— Ах, вот как? Не соблаговолите ли назвать имя переводчика?
Смешавшись, Полетт назвала первое пришедшее в голову имя — конторщика, что обучал ее санскриту и помогал отцу в составлении каталога:
— Его зовут Коллинот-бабу.
Нил тотчас узнал это имя:
— Правда? Вы говорите о конторщике Коллиноте Баррелле?
— Именно о нем.
— Но я хорошо с ним знаком, он давно служит у моего дяди. Смею заверить, Коллинот ни слова не знает по-французски.
— Я хотела сказать, он помогал переводить, — поспешно исправилась Полетт. — Французу, Ламбер-саибу. Я же была ученицей Коллинота-бабу, и порой он давал мне листы в переписку. Вот так и я прочла книгу.
Нил не поверил ни единому слову, однако не мог придумать, как вытрясти правду.
Наконец он сказал:
— Будет ли мне позволено узнать имя добропорядочного семейства, из которого родом дама?
У Полетт был наготове вежливый отказ:
— Не слишком ли мы спешим, касаясь столь интимного предмета после весьма краткого знакомства?
— Как вам будет угодно. Скажу лишь, что вы понапрасну тратите время, пытаясь образовать неотесанную деревенщину. Пусть бы себе загнивала в невежестве, ибо это ее удел.
До сих пор Полетт сидела спиной к камере, но теперь, задетая высокомерием собеседника, медленно повернулась к отдушине.
Сквозь накидку она увидела ввалившиеся глаза, горячечно светившиеся на обросшем щетиной лице, и злость ее сменилась жалостью.
— Если вы такой умный, почему же вы здесь? — мягко сказала она. — Думаете, ваша ученость вас спасет, если возникнет паника или бунт? Неужто вы не слышали поговорку «Все мы в одной лодке — амра шобьи эк наукойе бхашчхи»?
Нил победоносно рассмеялся:"
"— Слышал, да только не на бенгали! Это английская пословица, которую вы прямо сейчас и весьма ладно перевели.
Но возникает вопрос: где вы научились английскому?
Полетт молча отвернулась, однако Нил не отставал:
— Кто вы, добрая леди? Лучше скажите, я все равно узнаю.
— Я не вашенская. Будет с вас и этого.
— Да, пожалуй, — насмешливо откликнулся Нил.
В последней реплике явно слышалось пришепетывание, характерное для прибрежных жителей, и загадка была решена.
