И как только пирог остыл, я отрезала большой кусок пирога, поставила на поднос рядом с блюдцем чашку горячего какао и понесла угощение наверх.
Пирог был принят с благосклонностью и съеден до последней крошки, а когда от какао так же остались одни воспоминания, в детской появилась госпожа Броссар – невозмутимая, спокойная и… чопорная до оскомины.
- Пришёл мастер Ферет, - объявила она. – Плановый осмотр. Поэтому, потрудитесь унести посуду, барышня Ботэ.
- Может, мне остаться? – предложила я, собирая на поднос ложки и чашки.
- К чему? – искренне изумилась госпожа Броссар. – Вы, вообще, могли бы отдыхать эту неделю. Если помните, мастер Ферет прописал постельный режим.
- Я не устала, - быстро произнесла Марлен, и я посмотрела на неё с благодарностью.
- Это хорошо, - высокомерное лицо няньки немного смягчилось. – Но тем не менее, сейчас вас осмотрит врач, а барышня Ботэ как раз успеет унести посуду. Вы ведь не хотите утруждать нашу Лоис лишней работой? – последний вопрос относился ко мне.
Мне оставалось только пожать плечами и удалиться.
В коридоре дожидался встречи с маленькой пациенткой аптекарь Ферет, и мы с ним раскланялись, приветствуя друг друга и желая доброго дня.
- Подкармливаете Марлен? – сразу догадался аптекарь. – Это хорошее дело. Я бы порекомендовал пирожно-пирожковую диету, а то этот ребёнок слишком кислый.
- Мы перешли на эту диету по наитию, - ответила я. – Марлен только что съела кусок сладкого пирога и выпила какао.
- Отлично, - обрадовался аптекарь. – Вижу, как только вы появились в этом доме, дела сразу пошли на лад.
Что был за пирог?
Я не смогла удержаться от улыбки, сразу угадав желание Ферета.
- Не откажетесь попробовать кусочек? – предложила я. – После визита к Марлен приглашаю вас на чашечку чая. Погода сегодня – не очень, надо подкрепиться и согреться перед обратной дорогой.
- Было бы очень кстати, - радостно согласился он и важно добавил: – Мне простой чёрный чай, пожалуйста. Без сахара и сливок.
- Не любите сладкое? – пошутила я.
Ферет сделал страшные глаза и произнёс, понизив голос:
- Обожаю! Но мужчине ведь не полагается быть сладкоежкой. Так что сохраните мою тайну.
- Непременно, - пообещала я.
Когда осмотр больной был закончен, аптекаря ждали чашка горячего чая со сливками и сахаром, и кусок Вислоухого пирога на фарфоровом блюдце. Мы расположились в гостиной, и я спросила о самочувствии Марлен.
- То, что я вижу – очень хорошо, - сказал Ферет, уписывая пирог за обе щеки.
