Мне хватило пяти минут, чтобы надеть пальто, пуховой платок, шляпку, перчатки и взять сумочку. Денег у меня не было, но выйти из дома без сумочки – дурной тон. Красные сапоги тоже невозможно было ничем заменить, и я гордо простучала каблуками по лестнице. Если тут такие дремучие люди, что верят во всякую ересь, это не значит, что я должна идти у них на поводу.
Возле ворот меня ждали открытые сани, и Планель откинул медвежью шкуру, чтобы я могла сесть и укрыться, а сам забрался на козлы и взял поводья.
- А что случилось с родителями Марлен? – спросила я, как только лошади тронулись.
– Месье мэр сказал, что произошел несчастный случай…
- Ничего толком не знаю, барышня, - не слишком охотно ответил Планель. – Я ведь тогда не работал у милорда Огреста. Он нанял меня уже после несчастья. Лоис была в замке старшей кухаркой, она и попросила взять меня в замок.
- Старшей кухаркой? Значит, были ещё слуги? – тут же насторожилась я.
- Были, и много, - хмыкнул Планель. – Но после смерти лорда Шарля и леди Юджени всех уволили.
В тот же месяц рассчитал.
- Как странно, - заметила я.
- Ничего странного, - возразил конюх. - Вы в столице, наверное, привыкли, что у богатеев должна быть целая армия на побегушках. Но милорд – он хоть и богатей, но простой человек. Ему много не надо. Он бы и вообще без слуг обошёлся, но старается ради племянницы. Очень он её любит, всё для неё.
- Как интересно, - пробормотала я. – А что, вообще, говорят о смерти лорда Шарля и его жены?
- Поехали покататься, коляска сорвалась на горной тропе, упали в озеро и утонули.
Такое тут бывает, дороги крутые, ездить надо осторожно, а лорд Шарль – упокой небеса его душу – любил полихачить. Он, вообще, был такой, с огоньком!.. Но это понятно - ему не надо было управляться с каменоломнями, поэтому жил в своё удовольствие. А милорду после смерти отца было всего двенадцать. Три года у него был опекуном старик Лиленбрук, а потом милорд - всё сам. И ведь поднял и рудники, и школу построил, и церковь – мы тут ни в чём не нуждаемся.
Святой человек…
- Значит, его любят в городе? – невинно спросила я, поплотнее запахивая платок, потому что мороз щипал и за нос, и за щёки.
Конюх замялся, и я поняла, что попала в цель. Интересно, за какие такие заслуги «святому человеку» дают прозвище лорд Огр?
- Любят, - проворчал, в конце концов, Планель и переменил тему, подхлестнув лошадей. – Скоро приедем, барышня. Аптека на той улице.
Я вызвалась сама зайти за лекарством, чему Планель был только рад.
