Он вошёл в детскую, подошёл к столику, и я переступила чуть в сторону, продолжая закрывать рисунок.
- Марлен, доброе утро, - повторил Огрест.
Девочка кивнула, опустив глаза, и маркграф еле слышно вздохнул.
– У вас урок? – спросил он меня.
- Да, рисование, - ответила я, продолжая держать юбку.
Огрест посмотрел на меня с недоумением, но я улыбнулась и сделала ещё один книксен.
- Там пришли Дайана Миттеран и её подруги, - сказал маркграф. – Притащили кучу музыкальных инструментов.
Марлен встрепенулась, но я не двинулась с места.
Немного помолчав, Огрест добавил:
- Возможно, вам лучше прервать урок, чтобы принять гостей?
Мы с Марлен переглянулись.
- Вы разрешили нам музицировать? – спросила я очень осторожно.
Огрест нахмурился и с заметным раздражением сказал:
- Что вас так удивляет?
- Ничего, - быстро сказала я.
- А если ничего… Что вы там прячете? - он вдруг шагнул в сторону, обойдя меня, и увидел рисунок во всей красе.
Последовала долгая пауза, во время которой Марлен сгорбилась и втянула голову в плечи, а я попыталась сохранить невозмутимость, чувствуя, как горят уши.
Оставалось надеяться, что милорд Огрест не поймёт, что мы изобразили.
Но чуда не произошло.
- Меня нарисовали? – спросил он кисло. – Оч-чень похоже. Отличный урок рисования.
- Это была моя идея, - сказала я, понимая, что отпираться бесполезно.
- Даже не сомневался, - заметил маркграф. – Не заставляйте гостей ждать. Они в большом зале. Марлен знает, где.
Она проводит.
Он вышел из комнаты, а я перевела дыхание и сказала немного фальшиво:
- Ну вот, твой дядя даже и не обиделся.
Девочка посмотрела на меня так красноречиво, что уши у меня опять загорелись.
- Ладно, мы ничего страшного не совершили, - бодро объявила я. – Всего-то рисунок. Подумаешь! Идём лучше к Дайане. Наверное, ей не терпится репетировать.
Мы взялись за руки, и Марлен повела меня в большой зал, о котором говорил Огрест. Мы поднялись на третий этаж, где в конце коридора через приоткрытые двустворчатые двери лился дневной свет.
- Здесь устраивают праздники? – полюбопытствовала я, рассматривая барельефы на стенах и зеркала от пола до потолка.
- Раньше устраивали, - ответила Марлен. – Сейчас – нет.
Ах да, милорд Огрест ведь до сих пор соблюдает траур. Никаких праздников, никакого веселья, никакого смеха… Просто удивительно, что он разрешил девицам прийти и играть тут в своё удовольствие.
