Драконьей магии я не почувствовал.
Я точно знала, что в этом замешан муж. Ну не верилось мне в подобные совпадения. Особенно после первого покушения накануне суда, которое я, к слову, пережить не смогла.
Да и других врагов, кроме де Карто и Сьенны, я в этом мире нажить не успела. Не думаю, что обиженный бывший арендатор или завистливые коллеги могли бы пойти на такое.
Нет. Совершать подобный отчаянный поступок стоит только ради огромной выгоды. А единственными, кому моя смерть была бы весьма и весьма кстати, были муж и его любовница.
— И как нам тогда доказать его вину? — хмуро уточнила я.
Мало было Сьенны, разгуливающей на свободе после всего, что она сделала. Так теперь еще и муженек, решивший перейти от угроз к действиям.
— Не нам, а мне, — возразил лорд Рейнхард, — Ни о чем не беспокойся, я все решу, — уверенно произнес он, — Разберусь со стражей, поговорю с братом, а потом навещу де Карто. Кажется, он совершенно позабыл, с кем именно решил связаться.
— С братом? — переспросила я взволнованно.
На моей памяти это вообще был первый раз, когда законник вслух назвал императора братом.
— Думаю, он уже достаточно отсиделся в стороне, — кивнул герцог, — В конце концов, именно Люциан всю эту кашу и заварил, — напомнил он.
Да и сложно мне было забыть, по чьему именно указу Адалин выдали замуж за Эрона.
— Все, мне пора, — произнес законник, склонившись ко мне и еще раз поцеловав в макушку, — Отдыхай.
Завтра тебе понадобятся силы.
Вздохнув, он стремительным шагом направился к выходу.
И едва за лордом Рейнхардом закрылась дверь, как в гостиной раздалось вежливое покашливание, явно не принадлежавшее герцогу.
Так, а это еще что такое?
— Ваша Светлость, мы все безмерно вас уважаем, — раздался по ту сторону двери голос Декстера, — И благодарны вам за всю ту помощь и поддержку, что вы оказываете леди Дэшш."
"Что-то мне не кажется, что дворецкий явился в мои покои только для того, чтобы лорда Рейнхарда поблагодарить и выразить ему свое восхищение.
— Леди Адалин вам очень доверяет, — послышался голос Августа.
И он тоже здесь?
— Но она еще совсем юна и неопытна, — продолжила Марша.
Там, похоже, вся троица опекунов собралась.
Подслушивать разговор, для моих ушей не предназначенный, было не самым красивым поступком. Но они сами виноваты в том, что решили обсуждать все это именно здесь.
